Девятая дочь великого Риши

Ну ничего! Это даже к лучшему!

Я несу всем хорошее настроение!

– Фуа? – Постучав, я вхожу в покои и ловлю на себе строгий взгляд личной служанки любимой сестры.

– Аи, входи, – мягко произносит сестрица, стоя рядом со столом, полным резных шкатулок и пудрениц.

– Люблю твою комнату. Она такая… как ты…

Скромно улыбнувшись, я кладу свой короб на пол. А затем убираю руки за спину, словно боясь что-то запачкать. Я всегда начинаю стесняться, когда захожу к Фуа.

– Я хочу подарить тебе вещицу, которая досталась мне от отца.

– Зачем тебе дарить мне такую ценность? – напряженно спрашиваю, разглядывая это сокровище.

– Когда я родилась, родители были уверены, что я стану Святой рода. И что я буду последней дочерью. Но потом появились Мая, Коя, Аос, Руи, Ули и ты. – Фуа улыбается нежной улыбкой и застегивает подвеску на моей шее. – Я рада, что у меня так много сестер. Но я уже совершенно точно не последняя.

– Мать уже не в том возрасте, чтобы зачать.

– Это так. Поэтому я хочу, чтобы ты носила эту подвеску.

– Но разве это не дар от великого Риши, говорящий об ожидании?..

Этим подарком отец дал понять, что ждет, когда у Фуа проснутся духовные силы, так и не проснувшиеся у старших. И я знаю, что у моей любимой сестры они есть, пусть и не проявлены очевидно.

А если дар проснулся-таки, она действительно может стать Святой при правителе!

– Помнишь ту птичку? – совсем тихо спрашивает Фуа.

Опускаю голову и молчу.

Я помню то милое создание, что прилетело к нам умирать. Тогда я впервые увидела боль в глазах живого существа.

– Я не уверена, что именно я дала ей жизненные силы… – едва слышно признается Фуа.

– Кириса, вам пора! – неожиданно резко подает голос служанка, а затем недовольно смотрит на меня. – Разве не понимаешь, что отвлекаешь ее?!

Отступаю на шаг.

– Я…

– О чем ты говоришь? Я сама позвала ее, – мягко останавливает свою заступницу Фуа и нежно треплет меня по волосам.

Киваю и выбегаю из ее покоев, едва не столкнувшись со своим стражем. Короб с едой прижимаю к груди и стараюсь смотреть вперед не замутненным слезами взглядом.

Я знаю, что прислуга не любит меня. И догадываюсь за что.

Но лучше не думать об этом.

Добежав до самого края внутреннего двора своего личного дворцового крыла, я останавливаюсь и осторожно опускаю короб на землю.