Маша-растеряша

В любимом кафе всегда можно было утолить свои печали вкусным напитком, что я собственно сейчас и делала. Пряталась от реальности.

Мне снова предстоял выбор. И я жутко боялась ошибиться.

– Маша? Машка Шилова, ты? – меня окликнули, вырывая из пучины горьких мыслей.

Я подняла взгляд. Передо мной стояла симпатичная рыжеволосая девушка с короткой стрижкой.

– Эм, да … – растерянно протянула я.

Та, в свою очередь, звонко рассмеялась и бесцеремонно присела за мой столик:

– Вот так встреча! Не узнаешь? – я даже нахмурилась от того, что никак не могла вспомнить её, отдаленно угадывая в ней знакомые черты.

– Ну ты, даёшь, подруга! – обижено буркнула она и махнула официанту.

Я оглядела её, быстро пробежав по внешнему виду. Девушка выглядела интересно: яркий макияж, но уместный при этом, средние перламутровые кольца-серьги в ушах, темный свитерок и красивое украшение на шее. Она была словно вспышка с этими своими торчащими в разные стороны волосами.

– Мне, пожалуйста, кофе с молоком, а вот этой мышке, еще один горячий шоколад, – сделав заказ, она уставилась на меня, пронзительно сверкнув зелёными глазищами.

И тут меня осенило…

– Да ладно! Наташка? Вот, я дура! – я слишком громко выражала свои эмоции, посетили уже с явным интересом посматривали на наш столик. Видимо, стало интересно, почему я дура. – Ты извини меня, я сегодня немного не в себе, – пыталась как-то оправдаться, но, откровенно говоря, мне было всё равно.

С Наташей Самойловой мы всегда дружили.

Но потом, как это бывает, после окончания университета потеряли связь, хоть и жили в одном городе. И как я её не узнала? Странно, что мы всё это время не виделись. А вот сейчас… даже символично. Самойлова тогда, десять лет назад, пыталась меня вернуть с небес на землю. Не нравился ей Полонский никогда. Я усмехнулась.

– Что такое? – с любопытством кошки спросила подруга.

– Да, так. Я похоже развожусь, Ната, – было больно признавать неизбежное.

Нижняя губа предательски задрожала.

Я всхлипнула, не сдержав слёз. Самойлова, не ожидавшая подобного откровения, с сожалением накрыла мою ладонь.

– Все настолько серьёзно? – я только положительно закивала, не могла говорить.

Как-то открываться перед человеком, с которым не поддерживал связь долгие годы было как минимум странно.

– Расскажешь? – осторожно спросила уже серьёзная подруга.

Мы не виделись девять лет после выпуска. И сейчас мне не с кем было даже поговорить.