Души, разделенные телами

Плотно сжатые губы и волевой подбородок не оставляли сомнений – все будет так, как повелит он. Внимательный взгляд светло-серых глаз, высокие скулы, прямой нос дополняли внешность этого незаурядного правителя, шутки с которым были плохи. Но каждый, кто видел его хоть раз в жизни, готов был поручиться, что более честного и справедливого императора трудно найти.

– Генерал, – Брайнор поднялся с трона, – позвольте прежде всего поблагодарить вас за то, что приняли мое приглашение и нанесли нам визит.

– Ваш приказ, пожалуй, не оставлял мне выбора, ваше величество. Да, и прошу прощения за внешний вид, боюсь, что в парадное я переодеться не успел бы.

Почтеннейшие старцы своими укорительно-пренебрежительными взглядами готовы были, казалось, наделать новых дыр в его и без того изорванных одеждах.

– Вы знаете, зачем я вызвал Вас?

– Вероятно, из-за артефакта, который утащили скресты, – Аджанара уже сомневался, что это так, но других предположений у него не было.

Император, заложив руки за спину, неспешно прошел к столу, на котором лежало изумрудное ожерелье. Бережно взял украшение.

– Узнаете?

Аджанара, конечно, сразу узнал ожерелье, принадлежавшее его любимой наложнице. Она не упускала случая прихвастнуть подарком отца и носила драгоценность не снимая.

– Откуда оно у вас? – растерялся генерал.

– Вы не ответили на вопрос.

– Это ожерелье принадлежит девушке, которую я хорошо знаю.

– И что вы знаете об этой девушке? – продолжал император с какой-то грустной отрешенностью.

– Ее зовут Велена, и она лангийка.

– И что же делала лангийка на вашей планете в течение нескольких лет, вы можете нам объяснить?

– Извините, император, – ответил Аджанара со всей возможной почтительностью, – но мои отношения с этой девушкой не касаются ни вас, ни этого собрания.

– А если ваши личные отношения с этой девушкой стали причиной ее смерти? – уже громче и с надрывом произнес правитель.

– Смерти? – потрясенно переспросил Аджанара.

– Да, смерти!

– Как это могло произойти?

– Это вы мне скажите, как моя племянница оказалась в столь унизительном положении? Вместе с другими вашими рабынями она все эти годы служила вам игрушкой для сексуальных утех. Вы наверняка горды тем, что даже дева императорских кровей ползала перед вами на коленях. Не так ли?

– Вовсе не так, – с достоинством возразил Аджанара, – я любил и уважал Велену.