НеРодная сестра магната

Мнению, значит, его доверяет? Ладно…

– Взаимно, Эдичка, – натягиваю на лицо улыбку, а доктор морщится от сокращенного имени. – Сколько лет сколько зим. Тебя не узнать! – доигрываю свою роль.

Доктор поддержать наш разговор не может, потому что в, казалось бы, большом помещении становится тесно. «Посмотреть» на «умирающего» деда слетается вся родня, как стервятники. Кружат вокруг, ожидая, когда можно будет наброситься и растерзать его.

Передергиваю плечами от своих же мыслей. Я тоже здесь не из любви к Адаму нахожусь, но… Почему-то все равно противно и жутко.

Возглавляет процессию, конечно же, бессменная «мыше-крыса».

– Эдуард? – восклицает она, с мольбой глядя на доктора, и театрально хватается за сердце. Правда, сначала сторону путает, но быстро исправляется.

Тараторит что-то по-польски. Ей вторят родственники. Я же перевожу взгляд на деда. Кажется, порозовел немного. Значит, лучше стало.

Отступаю назад, в дальний угол кабинета, теряюсь среди толпы.

– Это Доминика. Моя внучка, – без подготовки «убивает» родных Адам.

Все как один поворачивают ко мне головы и впиваются взглядами. Пронзают насквозь, рвут на части. Но я стойко выдерживаю «атаку». А сама мысленно деда ругаю. Я ему за помощью бегала, а он так меня подставил! Кинул коршунам на растерзание. Ничего, мы с ним об этом позже поговорим.

– Что с нашим дорогим Адамом, Эдуард? – повторяет та самая женщина, но уже на чистейшем русском.

Хмыкаю ехидно. «Дорогим»? В каком смысле? Впрочем, лично мне и так ясно.

– Ничего нового, – спокойно отвечает доктор. – Хронический бронхит, сердце, давление, – берет стакан со стола. – Алкоголь, – с укором смотрит на Адама.

Дед цокает и отворачивается.

– Это все она, – резко разворачивается «мыше-крыса» и тычет в меня так, что ее коготь оказывается почти у моего носа. – Она хотела убить деда Адама!

Округляю глаза от неожиданности, ловлю на себе уничтожающие взгляды новых родственников и…

– Да он и сам неплохо справляется с этой миссией, – складываю руки на груди и киваю на бутылку.

– Еще одна, – хрипло смеется Адам, даже в таком состоянии забавляясь со всей ситуации. Но потом опять закашливается. – Успокойся, Александра, – хрипит на «мыше-крысу». – И вообще, шоу закончено. Идите вон. Похороны откладываются.

В этот момент хочется поаплодировать деду, аж руки чешутся. Едва себя сдерживаю. Лишь улыбаюсь довольно. Адам определенно начинает мне нравится.