Два чуда для Папы Мороза

Молодая совсем, хрупкая, милая. Волосы светлые, глаза с хитринкой, как у лисички, и улыбка… завораживающая.

Девушка обнимает детей – и вместе они выглядят по-настоящему счастливыми. Не похожа она на представительниц древнейшей, к коим я ее причислил в гневе.

Где же ее искать тогда?

Словно услышав меня, в этот же миг звонит коллега из полиции.

– Среди задержанных никакой Ярославы Солнцевой нет, – сообщает он, но я уже и так готов к подобному исходу. Ошибся я все-таки. – Сегодня вообще облав не проводили, Новый год же.

Кому нужны лишние проблемы? – хмыкает. – В больницах женщины с таким именем тоже не зарегистрировано. Все приемные покои записи свои прошерстили. Разве что… Есть пара тел неопознанных… – добивает меня. – Приедешь? Глянешь?

Обычная процедура, но именно сейчас мне становится вдруг больно от перспективы увидеть там ЕЁ.

Теряю хватку. Собраться надо и отбросить неуместные эмоции.

– Да, приеду, – холодно отвечаю, а у самого сердце сжимается.

Еще раз смотрю на фото жизнерадостной блондинки с искренней улыбкой – и перекидываю все файлы на свой телефон.

– Алекс, присмотрите за «найденышами»? – прошу друга, а он головой машет поспешно. – Мне надо съездить кое-куда. Пацанам туда… – сглатываю нервно, – …нельзя.

***

Некоторое время спустя. Никита

В просторном помещении ожидаемо прохладно. В нос забираются запахи формалина, хлора и… кофе.

Ничего нового или необычного. Обстановка меня абсолютно не трогает – привык за годы службы.

Однако впервые нахожусь в шкуре родственников потерпевших.

Впрочем, с чего бы это? Я – никто для загадочной Ярославы Солнцевой. Равнодушен должен быть и к мамке ребят, и к ним, и к самой ситуации. Всего лишь очередное дело, которое нужно раскрыть.

Но почему-то внутренности скручиваются в узел, стоит мне подойти к тем самым неопознанным. Кажется, проходит вечность, прежде чем патанатом убирает простыни.

– Эта прибыла… Час назад, ножевое, – комментирует Илья, невозмутимо дожевывая бутерброд. – А эту… Два часа назад привезли, замезшую нашли.

Бездомная, скорее всего.

Всматриваюсь в холодные безжизненные лица. Мысленно сравниваю с той солнечной девочкой, которая улыбалась с изображений. Мне и фото открывать не надо – настолько оно в мозг въелось. Каждая черточка.

– Нет, не она, – выдыхаю с облегчением.

– Своего кого ищешь? – почему-то предполагает Илья.

Смотрю на него недоуменно и отрицательно головой качаю. А он лишь плечами пожимает, мол, не его дело.