Беременная в шестнадцать

Может, просто сказать, что всё хорошо, и спросить, как он? Или лучше быть честной? Пожаловаться на одиночество… или это его оттолкнёт?

О, а может, вот так: «Теперь хорошо)»?

Он же поймёт намёк на то, что хорошо после его сообщения? Или это неочевидно? Или очевидно, но пошло?

Чёрт! Почему это должно быть настолько сложным? Почему я не парилась о том, что отвечать, например, Таньке? Да и она не парилась о том, чтобы вообще мне отвечать…

Наконец, покончив с завтраком, который заглотила, не обращая внимания на вкус, хотя, походу, пересолила, я зашла в вк и ответила: «Привет) могло быть и лучше, ты как?»

И замерла в ожидании.

Он мигом появился онлайн, и я чуть не задохнулась от волнения. Казалось, сейчас решалась моя судьба. Вот именно после этого момента моя жизнь должна была измениться.

«да тоже магло быть полутше

меня по падозрению взяли а я то нипричом

ну и некатарые отвирнулись

так дружба и провиряеться»

Я перечитала сообщение несколько раз и всё никак не могла понять, что он пытался до меня донести.

Взяли? Кто? Куда? И кто и куда отвернулся?

Спросить, о чём это он? Или он решит, что я дура? И как тогда отвечать? Я напрягла все извилины, у меня аж голова заболела.

«Да, понимаю

У меня тоже, кажется, друзья оказались типа не особо-то и друзьями»

Я нерешительно отправила то, что мне показалось хоть как-нибудь релевантным, и с лёгкостью выдохнула, когда он подхватил идею о том, что иногда друг оказывается и не друг, и не враг, а так. Как в этой старпёрской песне поётся, которую отец пел мне в далёком детстве.

Оно казалось каким-то ненастоящим. Он тогда не так много пил, да и эти их, как теперь я поняла, сектантские штучки, кажется, ещё не начались. Или были только в зачатке. Или я просто тогда их даже не замечала.

И так мы с Ваней хорошо разговорились, что я вывалила ему всё: и про Таньку, и про родителей. И он искренне меня поддерживал, а главное – слушал. Мне так сильно этого не хватало. И так было нужно.

И всё же я ждала, что он предложит мне не только переписку, а позовёт встретиться.

А он всё писал, спрашивал, писал, отвечал, спрашивал. Говорил. Иногда опять так, что я с трудом догадывалась, что он имел в виду, но мне казалось, что я просто ещё не доросла и не всё понимала.

Признаться, грамматические ошибки меня смущали, но я так долго пыталась настаивать на том, что образование – далеко не всё, что Пашка со своими регалиями тот ещё дурачок, что решила не обращать внимание на эту мелочь.