Без памяти

Словно эти двое испарились по одному щелчку пальцев, забрав с собой все улики, которые могли бы помочь следствию.

– Ты что, не рад видеть меня?

Напряжение между нами растет быстрее, чем градус в духовке. Понимаю, что Вилли хочет меня задрать на глазах у всех, показать, насколько я стал неуравновешенным и вспыльчивым.

– Ах да… – говорит он, потупив бешеный взгляд в пол, и прикладывает указательный палец к губам, словно задумался. – Ты же у нас в трауре…

– Мне кажется, тебе пора, – говорю ему, засунув руки в карманы.

– Нет-нет-нет-нет! – мотает головой Вилли. – Я не могу бросить своего старого друга в беде! – В два шага он оказывается рядом со мной и кладет руку мне на плечо, немного приобнимая меня. – Я должен разделить твое горе!

На какую-то секунду мне кажется, что в зале воцарилось молчание – мимолетное, резкое, удручающее. Вилли тянет меня к столу, и я поддаюсь. Десятки глаз устремлены на нас, словно ждут продолжения шоу, только теперь с главой подпольного азартного бизнеса.

– Давай выпьем? – резко кричит мне в ухо старый товарищ, вздымая руку вверх. – Эй! – Срывающийся свист Вилли оглушает меня, отчего я невольно морщусь. – Поди сюда!

Хрупкая уставшая девушка приносит поднос с алкоголем. Вилли резко выхватывает два бокала и протягивает один из них мне. Девушка потупляет взгляд, который наполнен печалью, и резко уходит обратно в толпу.

– Ты, наверное, места себе не находишь? – спрашивает он, всовывая мне чертов стакан.

Вилли изображает грустного Арлекина, склонив ко мне голову. Сидящие вокруг мужчины опускают глаза, как только я ловлю их взгляд на себе. Держа в руках холодный стакан, перевожу взгляд на Вилли и стараюсь хоть как-то подавить в себе нарастающий гнев.

– О, бедный! – восклицает он, продолжая паясничать. – Мужское разбитое сердце не может вновь затянуться! Какая ирония судьбы!

Слушаю его бредни лишь краем уха.

Вилли поднимает стакан вверх, громогласно воскликнув:

– Выпьем же за то, чтобы ты обрел покой в этом мире!

– Звучит, как речь на похоронах, – не выдержав, язвлю ему.

Вилли, кажется, не слышит меня, он наслаждается вниманием слушающих его зрителей. Он разом опустошает стакан, а после швыряет его о стену. Стекло разбивается на множество осколков.