Снежный барс. Зимняя сказка

Только и успела утащить подругу за локоть и прижать к стене, а то пришлось бы скорую помощь вызывать или МЧС, чтобы нас от пола отодрать.

За ним спокойной походкой и с каменной маской на лице вышел Даринков, осторожно прикрыв за собой двери.

Вот кто всегда само спокойствие и невозмутимость ? Даринков.

Обернувшись, безопасник подмигнул бледной Алинке, со всей серьезностью обратившись ко мне:

– Мне жаль, что так получилось, Илария Владимировна, действительно жаль.

Глава безопасности скрылся с наших глаз, а я, сглотнув, повернулась к подруге:

– И что это было? О чем это он?

– Думаю, тебе лучше самой все узнать у Лизаветы Михайловны, – задумчиво прошептала Алина.

Партизан! И ведь знает же, в чем дело.

Вздохнув, кивнула:

– Иди работать, Алин. Если будет свободная минутка, я тебе позвоню. Может, кофейку попьем.

– Где носит эту девчонку?! – рыкнуло из директорского кабинета.

И я даже на миг засомневалась, а мамочка ли это? Может, медведь-шатун, а мы и не знаем?

– Ага, договорились, – быстро проговорила подружка уже на подлете к лифту.

– Интересно ей, – фыркнула. – Мне тоже интересно было бы узнать, желательно из безопасного места. А сейчас, – покосилась на дверь, – страшновато как-то, знаете ли, идти в логово к зверю.

Но кто, если не я?

– О, явилась, – ядовито прошипела Лизавета Михайловна, стоило переступить порог ее кабинета. – Опаздываешь, Илария.

Я, устало вздохнув, опустила глаза. Началось. Н-да. Мамочка была не просто не в духе, она была в редкой формы ярости. И судя по тому, что удалось услышать, виноват мой отец. Наверное.

– Что произошло, мам?

– Не мамкай! – рявкнула родительница. – Сделай кофе. Принеси. И сядь!

Властный тон Лизаветы Михайловны не дал ослушаться. Да и чревато это было, ослушаться.

Молча кивнув, зарядила кофемашинку, заодно включив компьютер и, выполнив все, что приказала директриса, поставила перед ней чашку кофе, присев на краешек стула, вопросительно подняла брови.

Все. Лара Котикова вся во внимании и готова ко всему!

Но оказалось, что готова я совершенно не ко всему. И уж точно не к этому.

– Так что за пожар, мам?

– Не мамкай! Не дома, – уже менее злобно шикнула она, отпив обжигающий напиток и потерев переносицу. – Пожар ? это, дочь, мягко сказано. Это не пожар, это катастрофа мирового масштаба.