Нагуаль

 – В палате… почему ты… за что?

Джеймс молчал, и я чувствовала его прямой, в отличие от моего, взгляд на своем лице, и воздух между нами снова становился горячим, густым и сахарно-сиропным, и сердце мое колотилось, через силу качая бурлящую кровь, но я тоже сохраняла молчание и ждала ответа. И решила, что буду ждать хоть до старости, но заставлю мистера Уорнота ответить.

– Мы поссорились, – наконец разлепил губы он. – Накануне дня, когда ты попала в аварию. Я пришел к тебе, все еще помня об этой ссоре. А ты?

Я покачала головой и робко подняла взгляд чуть выше, на кончик его прямого носа.

– Из-за чего мы поссорились?

– Из-за чего ссорятся все пары, Фэй? – усмехнулся он и в очередной раз протянул мне бокал. – Кто-то что-то сказал, слово за слово, все вспыхнуло и понеслось под горку. Выпей. У тебя дрожат губы. Ты как напуганный котенок.

Когда я взяла бокал, наши пальцы соприкоснулись.

– Ты мог бы больше не называть меня «Фэй»? – попросила я и осмелела вконец: посмотрела Джеймсу прямо в глаза поверх ободка бокала, делая совсем крохотный глоток, едва смочив спиртным кончик языка.

 – Спасибо.

Мы продолжали стоять, глядя друг другу в глаза, и по закону жанра теперь, когда некоторые недопонимания развеялись, мне следовало его поцеловать или обнять хотя бы. Но первой вешаться на шею Джеймсу я не желала, а он активных шагов не предпринимал, наслаждаясь лишь тем, что разглядывал меня в упор, словно сверлил взглядом самую душу, и поэтому решать что-то пришлось самой.

– Можно я посмотрю, какой здесь вид? – сжимая во вспотевших пальцах бокал, я обогнула Джеймса и пошла к балкону.

За стеклянной дверью вовсю жарило майское солнце, лучи падали из-под защитного козырька на белоснежный борт балкона и на большую часть выложенного кремовой плиткой пола. Места здесь хватило, чтобы уместился шезлонг, и еще осталось для свободного передвижения от одной до другой боковой стенки. Я отодвинула створку двери, но выходить на солнце не стала, лишь прислонилась спиной к косяку, вдыхая свежий воздух полной грудью.

Шезлонг выглядел, как явно «женская» вещь на фоне общего «мужского» декора, и я подумала, что во всей этой квартире он был именно моим. Наверное, именно здесь я любила проводить свободное время, наверняка загорала на солнышке с книжкой в руках каждые выходные. Читать я обожала, глотала книги, почти не прожевывая, как смеялась мама, поэтому уголок для чтения показался мне уютным и привычным местечком из прошлого. Якорем, которого я так ждала.