НЕлюбовные истории

Мое сознание разделилось надвое: один я выполнял свой долг, второй же наблюдал со стороны за действиями первого и думал о том, а правильно ли он поступает.

«Это твой шанс», – шептала злость.

Руки продолжали вынимать осколки руля и ребер.

«Никто и не заподозрит».

Первый не останавливался, а Второй начал прислушиваться к голосу.

«Она уже не твоя Нина. Бросила тебя по смс-ке, как безмозглого пацана. Тебе не надо ее убивать. Просто не дай ей выжить».

Ее сердце билось и кровоточило от ран, нанесенных осколками.

Мое сердце обливалось кровью от раны, нанесенной ею.

Она была беззащитна. Ничего не могла сделать или изменить. Как и я, когда совсем недавно читал ее сообщения.

А теперь я мог взять в руки ее нелюбящее сердце. И сжать, как резиновую игрушку для щенка.

Второй разглядывал большой осколок и уже знал, что собирается сделать, пока Первый все еще спасал жизнь Нины. Судьба ее была в моих руках. Одно верное «неверное» движение – и ее больше нет.

Я мешкал. Ведь никогда раньше мне не приходилось осознанно давать человеку не выжить.

Осколок пробил межжелудочковую перегородку. Первый извлек его и собирался ставить заплатку, но Второй решил, что пришло его время. Больничка наша не оснащена кучей современных наворотов, главное – это врачи. Мы следуем не камерам, а своим глазам. Мои глаза видели размер осколка, мой мозг понимал, что он со стопроцентной вероятностью повредил перегородку, моя злость заставила меня зашить поверхностное повреждение сердца и оставить Нину умирать.

Кардиомонитор зафиксировал систолический шум, но никто из присутствующих не отметил, что он за пределами нормы.

– Отсос, – скомандовал я, вычисляя, сколько моей пациентке осталось жить.

Верка тут же сунула отсос. По ним она была спец.

Под конец я зафиксировал сломанные и резекционированные ребра лигатурами, зашил рану и понял, что натворил.

Я отобрал у Нины шанс на выживание.

– Надеюсь, все обойдется, – сказал мой ассистент. Тот, который недавно звонил мне и сообщил о том, что с Ниной случилось несчастье.

Я было открыл рот, но коллега еще не закончил.

– Ваш друг умер, – он положил мне руку на плечо и легонько сжал в знак поддержки.

– Что?..

– С ней был пассажир.

– Пассажир? – процедил я сквозь зубы и резко передумал исправлять свою «ошибку».