Солнцежар

 – У нас ни фельдшера тут, ни ветеринара. Куда мы тебя такую малохольную девать будем, а? – он поднял на неё глаза и оценивающе посмотрел на все части тела. – Бледня бледнёй.

Катя скукожилась, обхватив себя руками.

Её начало знобить и зубы застучали мелкой дробью, а перед глазами поплыли мушки и тёмные пятна.

– Я знаю, что с тобой делать, – участковый огляделся по сторонам и внезапно с силой схватил её за руку. – Пойдём.

Он зашагал так быстро, что Катя, едва поспевала за ним, путаясь в собственных ногах и падая.

Ладонь участкового была неприятной. Слишком большой, потной и мясистой. Катя попыталась выскользнуть, но он только крепче сжал ей кисть.

– Можно я сама пойду?

– Нет. Мне надо убедиться, что ты ушла с площадки и у меня на одну проблему стало меньше. Тем более, что мы уже пришли.

Остановившись почти на самом краю высокого лысого холма, участковый кивнул вниз, на блестящую ленту реки: «Тебе туда».

– Сейчас находишь тенёк, заходишь в воду по самую шею и сидишь там, пока не полегчает.

Катя молча посмотрела на таёжную каменистую речку и обрыв над ней, прикидывая сколько всего можно отбить, спускаясь к берегу, и заозиралась по сторонам в поисках другого варианта. Но ни тропинок, ни людей, идущих по ним, она не увидела.

Пустырь, на котором они с участковым стояли, похоже был не самым популярным местом отдыха.

– Ну, теперь можно, – участковый наклонился прямо к её лицу, обдав терпкой смесью лука и пота.

– Что именно?

– Как что? Благодарить меня.

– В смысле?

– Барышня, ну ты прям как в первом классе. Я тебя спас? Спас. Благодарность мне за это полагается? Полагается. – Он, горячо дыша, потянулся к Кате и начал отряхивать ей футболку чуть пониже груди, ещё больше втирая грязь вспотевшими ладонями.

Катя отступила на шаг ближе к краю.

– И как, по-вашему, должна выглядеть эта благодарность?

– Ну… – участковый выпрямился в полный рост и развернул плечи.

Как заворожённая Катя смотрела на голубую пуговицу рубашки, которая готова была прямо сейчас отлететь и распахнуть перед её носом плотно набитый жиром, словно прорезиненный, волосатый живот.  – Это зависит только от твоего желания, – он шагнул вперёд. – Или НЕ желания.

Катя сделала шаг назад и не почувствовала под пятками твёрдой земли.