Захват прошлого. Темные ночи. Книга четвертая

О моем настоящем имени будут знать только те, кому я сама доверюсь.

– Мы скоро встретимся, – тихо произнес герцог и дотронулся до моего подбородка, легко его поглаживая.

От такой наглости я выпрямилась и его рука упала.

Я заметила сейчас, насколько их одежда отличалась от флорентийской. Цвета. Чернота присутствовала повсеместно. Головные уборы, детали костюма, все обязательно было подавлено темными цветами.

– Решила сменить имя? – усмехнулся Ортега, когда я села в карету.

– Не смей называть меня Бланкой, никогда.

Он замолчал, наверное, решив, что это меньшее из зол, если я буду послушной. Я не собиралась объяснять, что с именем Бланки был связан весь путь, который я прошла в этом мире сама. А Анна сейчас для меня осталась в прошлом, как тень. Так пусть же здесь будет просто тень, пока она не сможет сбежать из этого места.

– Ты уже видела двоих, по моим расчетам, должны прийти еще два человека. Вот они и будут решать между собой, кому ты достанешься.

– Кто эти люди?

Не то, чтобы мне было интересно, но я должна знать, с кем буду иметь дело.

– Первый, которого ты видела, это маркиз Дальядо, настоящий воин.

Отсюда и некоторая грубость в его внешности, понятно.

– А тот, с кем ты говорила сейчас, это герцог Фуго. Он – очень уважаемая фигура при дворе. Разумеется, за спиной каждого из них политически выгодный брак. Дальядо женился совсем молодым на избраннице родителей, семья невесты оплатила расходы многочисленной родни.

Это я поняла и без объяснений, достаточно было понаблюдать минутку за его развязными манерами.

– Остальных ты увидишь завтра. Только не пытайся кричать о своем флорентийском богатстве. Я уже предупредил их, что у тебя с психикой не все в порядке. Помутилось сознание после смерти мужа, – расплылся в улыбке Ортега.

Дом, как дом. Каменное строение, ограниченное стандартным забором с железными украшениями, ничем не выделялось.

– Привыкай, это твое новое жилище, наверное ты привыкла к более роскошному образу жизни, но теперь выбирать не приходится.

Этот больной на голову говорил что-то еще, но я не отвечала. В доме не наблюдалось ни слуг, ни случайных людей.

Улица осталась снаружи.

– Здесь есть кто живой?

– Нет, это место предназначено, чтобы хранить чужие тайны.