Захват прошлого. Темные ночи. Книга четвертая

Ортега лишь сверкнул глазами и продолжил свой путь, ответив:

– Они хотят, чтобы ты соответствовала высоким стандартам. Была бы моя воля, такие слова не остались бы безнаказанными.

Я лишь улыбнулась. Угадала, терпит.

– Мы пришли, садись в карету.

Я оценила экипаж. Мне доводилось поездить во всяких, эта была самой жутковатой. Простая, черная карета с позолоченными вензелями, она напоминала мне траурную. Нет, лучше о таких ассоциациях не задумываться, а то так впасть в панику можно.

Ортега поехал со мной.

– Считаешь, что теперь меня не надо бояться?

Он нарывался, но я только отвернулась к окошку и лишь тонкая насмешка на губах говорила, что я обо всем этом думаю.

Мы проехали большую часть пути, когда кучер неожиданно остановился.

– Сеньор Диего, вас спрашивают.

Ортега выскочил, будто только и делал, что ждал этой встречи. Я услышала разговор на улице, но он был настолько приглушенным, что ничего нельзя было разобрать.

А потом дверца приоткрылась и Ортега протянул мне руку:

– Быстрее, спускайся!

Еще кого-то нелегкая принесла… Они явно его ждали.

Я осторожно спрыгнула на пыльный тротуар и увидела рядом с нашей другую карету, разукрашенную в пух и прах.

– Какая красавица, ты был прав, Диего… И как тебе удалось ее заполучить… Говоришь, она – швея?

У меня глаза на лоб полезли. Так это его версия? Эти люди не догадываются, с кем имеют дело. Для них я самая обычная горожанка, они даже не подозревают, с каким человеком связался Ортега.

– Да, господин герцог, простая белошвейка. Она из флорентийской семьи, но оказалась в Англии. А после смерти мужа осталась совсем одна.

– А ты ничего не хочешь сказать? Может быть, расскажешь, кем был мой муж?

Пусть знают правду, наверняка, это что-то изменит.

Человек, с которым говорил Ортега, подошел поближе. Смуглое лицо с тонкими, даже изящными чертами и мягкие, светло-ореховые глаза.

– Мне все равно, кем был твой муж и ты сама. Все, что меня интересует, это твое тело, поняла? Как ее зовут, Диего?

– Бланка, – мрачно ответил испанец.

– Ей подходит.

– Мое второе имя – Анна, – со злобой ответила я.

Это было определенной самозащитой. Никто не должен узнать, во что я вляпалась. На родине, во Флоренции, не поймут, если слухи дойдут до недоброжелателей.