Девятка

А теперь сижу и жду у моря погоды, запертая в четырёх стенах. Рапунцель хренова! Нет, не Рапунцель, а собачонка! Сижу в отведённой мне конуре и терпеливо ожидаю хозяина, готовая ублажать, утолять его похотливый голод. И да, я действительно жду его, жду с каким-то нездоровым нетерпением. Что угодно, лишь бы не сидеть сложа руки.

С этими мыслями я забираюсь на кровать, утыкаюсь в подушку лицом и проваливаюсь в очередной сон без сновидений.

Чьи-то губы ласкают мой затвердевший сосок через ткань ночной рубашки, играют языком, слегка прикусывают.

– Как… тебя зовут? – спросонья бормочу я.

– Рэми.

Его бархатный голос отрезвляет, и я окончательно просыпаюсь.

– Рэми? – повторяю я.

Сердце пропускает удар.

– М-гм, – подтверждает мужчина, продолжая теребить чувствительный бугорок зубами.

Я вздрагиваю и закрываю глаза. Моё тело, охваченное приятной истомой, расслабляется и с жаром отвечает на его прикосновения. Удовольствие тёплой волной растекается по венам, и я не сдерживаю тихого стона. Рука Рэми ложится на вторую грудь, мнёт её, зажимает сосок между пальцами, слегка оттягивает. Мои ладони против воли тянутся к нему, зарываются в его волосах и сильнее прижимают к груди. И он с силой втягивает сосок в горячий влажный рот, лишая меня способности думать связно. Я вскрикиваю и невольно приподнимаю бёдра, приглашающе раздвигая ноги.

Его рука отпускает грудь и, нежно касаясь кожи, скользит по внутренней стороне моего бедра, приближаясь к изнывающему от желания лону. И я выгибаюсь от наслаждения, когда его пальцы с лёгкостью проникают между набухших складок. Подрагиваю от жадного нетерпения и поддаюсь вперёд, насаживаясь на них, и Рэми начинает таранить разгорячённую плоть и теребить зудящий клитор большим пальцем.

«Да, да… боже, да!» – кричит одурманенный разум.

Сердце бешено трепыхается в груди будто пойманная в клетку птица, готовая в любую минуту вырваться на свободу. С губ слетает прерывистый вздох. Лицо раскраснелось, лоб покрылся лёгкой испариной. Я задыхаюсь от возбуждения и прикусываю нижнюю губу, чувствуя, как внизу живота зарождается мучительно сладкое пламя. Блаженство нарастает, приближая к заветной развязке… но в последний момент Рэми вынимает из меня пальцы, лишая оргазма.