Боярыня Матвеева

Можно ещё сажей намазаться, но тогда меня примут за скоморошью бабу и вообще на порог не пустят.

– Служанка Пауля говорит, что у них дома совсем нет денег. Он вроде опять проигрался.

– Гретхен мне как-то говорила, что он крупно играет и чаще всего проигрывает. Но где? Знать бы, можно было бы властям донести, пусть его высекут[6 - Игра в карты в описываемый период была запрещена и строго наказывалась.]. Нехорошо, конечно, доносить на родственников, – Мэри перекрестилась.

– А хорошо скандал на поминках устраивать?

Хозяйка одела чулки, служанка причесала и уложила ей длинные светло-рыжие волосы.

– Если уж грешить с барином, то разве с таким красивым и ласковым, как брат твой, Пётр Григорьевич. Да только такой не будет девок обольщать.

Мэри удивилась. Даша никогда раньше не высказывала при ней симпатии к тому или иному мужчине.

– А у тебя хороший вкус. И умом не обижена. Если повезёт тебе и выйдешь за дворянина – будешь дамой получше, чем многие столбовые дворянки.

– Я – и за дворянина? Хорошо бы, конечно, да больно чудесно.

– А ты не веришь в чудеса?

– В церкви-то когда говорят, то верю, а жизни – нет.

– Всякое бывает, – весьма некстати Мэри потянуло на философию. – Особенно в смысле брака. В чем плохо быть женщиной, так это в том, что больше зависишь от случайности. Мужчина в армии служит или коммерцией занимается, так там не столько от случая, сколько от труда, ума, деловитости успех зависит. А женщина – как лист на ветру: повезёт – вознесёт на высокую гору, не повезёт – уронит в канаву.

– Или вековухой останешься. Хотя, на мой вкус, лучше вековухой, чем жить с грубияном каким или пьяницей. Но всё ты правильно говоришь, госпожа. Может, поэтому женщины больше мужчин и молятся: на себя не надеются, только на милость божию.

– Вот об этом не думала. Но не знала бы раньше, что ты умница, поняла бы сейчас.

Закончив эти душевные разговоры, Мэри пошла к свекрови, и обе дамы занялись творчеством: стали писать челобитную.

Затем Мэри побеседовала с двумя кандидатами в слуги-охранники: кандидаты были такие, что пугали хуже паулевых дружков. Потом вышивала. День прошёл, как обычно.

Вечером Мэри вдруг озарило:

– Матушка, я вот что подумала. Моё приданое вложено в фабрику; я могу в любой момент потребовать его назад.