Нестрашная сказка. Книга 3

Он глотал, и, кажется, даже в голове становилось яснее. Обманутый желудок ненадолго затих.

Он плохо помнил, как вырвался из крепости. Впрочем, вырвался, громко сказано. Никто его не запирал. Бой во дворе шёл во всю. Удивительно, что его не зацепило шальное копьё. Люди, если и замечали пробиравшегося вдоль стены медведя, тут же о нём забывали. Гуго даже Катана увидел. Тайный министр командовал атакой. Мысль, кинуться к нему – припасть, так сказать, мелькнула и исчезла. В потрясённом мозгу зверочеловека явилась картинка, как неузнанный друг гибнет от руки друга.

Потом был бег по полям. Много позже, попривыкнув, Гуго вспоминал, как долго он скакал по открытой местности, пока не начались короткие переходы из перелеска в перелесок, блуждание по чащобам, схроны, лёжки…

Задохнувшись и истратив все силы, он упал на берегу лесного ручья и дал волю ярости. Расстегнуть булавку он не мог, как ни пытался, даже просто зацепить её когтем не получалось. Прав оказался юный колдунёнок: не рекомендовалось людям превращаться в неодушевлённые предметы, а также в животных и птиц.

Стань Гуго орлом, как того вроде бы требовало положение, свернул бы ему шею Арбай в один чих, пернатый даже не успел бы из одежек выпутаться. Хотя если бы вырвался, оставалась мизерная, почти фантастическая надежда вернуться… прилететь в столицу, опуститься на террасу дворца, дождаться Тейт и…

Она бы поняла, она бы почувствовала. Только она! Все остальные представления не имели о трансформациях. Разве колдунёнок, да где он теперь!?

Почти там же где и Гуго.

Только его похоронят в земле, а король, как в могиле, заперт в теле дикого зверя.

Он выл и глухо рычал. Лапы скребли землю, пока не ушли последние силы. Огромный чёрный зверь замер, опустив голову на подстилку из палой хвои. Слезы текли и текли, проделывая чёрные дорожки в шерсти.

Вопрос голода оказался не единственным. Уже почти с самого пробуждения Гуго ощущал некий позыв. Плоть напомнила о себе, когда он только напился воды, а когда наловил-таки рыбы и утолил первый голод, плоть обозначилась в полный рост.

Весна, куда деваться.

Медведица ходила очень далеко. В воздухе едва реял флёр течной самки. И Гуго пошёл. Не пошёл, побежал, помчался. Человек на время отступил, даже вовсе ушёл на дальние планы. Восторжествовал зверь.

Лапы взрывали лесную землю, разбрасывая влажные комья. Хлюпали под ногами талые лужи. Мелкие деревца ломались или гнулись долу. Стволы мелькали по сторонам, а он даже усталости не чуял.