Адские чары

На бледном лице его застыло страдальческое выражение; полуоткрытые глаза, веки которых никак нельзя было закрыть, точно глядели на нее. Ей все казалось, что вот он встанет и, указывая на нее пальцем, крикнет:

– Убийца!..

Но немые уста усопшего не раскрывались. Хоронили его в Петербурге с большими почестями. А после похорон Кира не захотела возвращаться на дачу и осталась в городе.

Духовное завещание Басаргина, составленное накануне свадьбы, делало ее наследницей состояния.

Таким образом, Кира достигла всего, чего желала: положения в обществе, свободы и большого состояния, дававшего ей независимость.

Тем не менее первые месяцы вдовства были тяжелы для Киры, но не из-за того, что она жалела мужа или мучилась угрызениями совести. Нет, она боялась чего-то более страшного: мести и преследования оттуда.

Ведь доставили же ей каким-то образом окровавленный букет! Это был последний дар человека, которым она овладела из себялюбивых целей, а потом принесла его в жертву новой прихоти…

Киру мучил страх: а что, если он станет мстить?

Но ничего особенного ни днем, ни ночью не происходило, все было спокойно, не было никаких таинственных явлений, которые указывали бы на появление духа покойного мужа.

В качестве ближайшего друга Басаргина Керведек часто навещал вдову и помогал ей утверждаться в правах наследства.

В глубине души Кира блаженствовала, но внешне она казалась грустной и убитой горем – навещала могилу мужа и носила строгий траур, который очень шел к ее светлой и нежной красоте.

Устроив денежные дела, Кира объявила, что едет за границу и будет там жить, пока не утихнет горе и пока она не успокоится сколько-нибудь.

Накануне отъезда у Киры с маркизом произошло нечто вроде объяснения. Керведек спросил, может ли он месяцев через восемь приехать и попросить ее о том, от чего зависит все его счастье.

– Приезжайте, – ответила она, краснея, и не отняла руки, которую маркиз долго и страстно целовал.

Глава пятая

Кира поселилась в Дрездене и в ожидании конца своего траура вела деятельную переписку с маркизом. Было решено тихо и скромно повенчаться в посольской церкви, а затем ехать путешествовать, куда вздумается.

Прошло полтора года после смерти Басаргина, и маркиз приехал в Дрезден.