Адские чары

Она побледнела, и сердце тревожно забилось, но волнение и радость победы быстро изгладили тягостное впечатление, тем более в эту минуту у входной двери снова раздался звонок.

На этот раз приехала сама Нагорская. Можно себе представить ее удивление и радость при известии, что Кира – невеста!

Смеясь и плача, она обняла жениха и невесту.

Когда первый порыв радости улегся, заговорили о делах. Свадьба была единогласно назначена после Нового года.

Алексей Аркадьевич предложил Кире путешествовать по Италии, но Кира ответила, что лучше отложить заграничную поездку до лета, когда Басаргину легче получить двухмесячный отпуск, и жених откровенно высказал свое удовольствие по поводу этого решения.

По совести говоря, он не любил путешествий с их неизбежными перекочевками из гостиницы в гостиницу, хлопотами и суетой. Ему более улыбалась перспектива провести медовый месяц в собственной уютной квартире. Повар у Басаргина был отличный.

При этом он сообщил невесте, что в его доме, на Знаменской, в первых числах ноября освобождается красивая, большая квартира, которую можно будет отделать по собственному желанию. За первым днем помолвки настало оживленное время – шили приданое и устраивали квартиру.

Светские развлечения также очень занимали Киру, да и вообще она чувствовала себя совершенно счастливой.

Ожидавшая ее привольная, веселая жизнь и удовлетворенное тщеславие ослабили и почти заглушили робкие упреки совести.

Иногда и сам Алексей Аркадьевич казался странным. Настроение его вдруг изменялось: совершенно непонятно почему из веселого, оживленного влюбленного он становился мрачным, нервным и, по-видимому, с трудом сдерживал неприятные чувства, которые его волновали.

Как-то раз вечером жених был особенно сильно раздражен. Кира участливо его спросила, здоров ли он. Он подсел к ней на диван, порывисто схватил ее руку и сжал до боли.

– Ах, я и сам не знаю, что со мной происходит… Я совершенно здоров, а между тем меня точно мучает что-то до смешного странное, чего я не могу понять.