Просто он такой

 – Но если врач сказал сидеть дома, значит, надо сидеть.

– А университет? – Резко дернув головой, Вадим увернулся от маминой руки. – Ты же знаешь, какой конкурс на психологию!

– Если не будет здоровья, никакая психология не понадобится, – мудро ответила мама и решительно шагнула к двери.

* * *

Переступив наконец порог своей квартиры, Вадим блаженно вздохнул и втянул носом воздух, вдыхая запахи домашнего уюта, как бы заново знакомясь с отчим домом. Он и не думал, что можно так соскучиться по родным стенам.

– Да, совсем забыла! – услышал он из кухни голос мамы. – Тебе сегодня утром какая-то девушка звонила.

– А имя у нее имелось? – Вадим подошел к маме и уже протянул было руку за печеньем, но Татьяна Васильевна звонко шлепнула его по руке.

– Наверняка! Но она, видимо, пожелала остаться неизвестной. А ну-ка быстро в ванную! И мой как следует, с мылом!

– А какой у нее был голос, мам? – выкрикнул Вадим из ванной, стараясь перекричать шум льющейся из крана воды.

– Обычный… – В голосе Татьяны Васильевны сквозило легкое удивление. – Приятный, вежливый, немного взволнованный, как мне показалось…

«Колесниченко. Точно она. Может, что-то случилось? А вдруг она сейчас в больнице, а меня там уже нет… – думал Вадим, отыскивая в блокноте номер мобильного телефона Зои. – А может, лучше сначала на городской позвонить? Да что за фигня? Блин, и чего это я вообще так разволновался?! – удивлялся сам себе Фишкин. – Подумаешь, какая-то Колесниченко позвонила.

Зоя Колесниченко была единственным человеком из класса, который навещал Вадика в больнице. Остальные, услышав первоначальный диагноз – туберкулез, – просто элементарно испугались. Потом этот страшный диагноз, к счастью, не подтвердился, но то ли велик был страх заразиться, то ли у ребят всякий раз находились дела поважней, но так или иначе, никто, кроме мамы и Зои Колесниченко, в больнице Фишкина не навещал.

И в общем-то ничего экстраординарного в этой ситуации не наблюдалось, если бы не одно «но».

Зоя Колесниченко, тихая и неприметная, застенчивая до смешного, была безнадежно влюблена в ироничного, самоуверенного Вадика Фишкина. Причем ее слепая любовь приобрела такую силу, что Зоя, не в состоянии скрывать свои чувства, выплеснула их в стихах, которые и преподнесла своему избраннику в подарок.