(Не)желанная истинная

– Мишань, ты чего такой злой? – произнесла ровным голосом, но венка на шее запульсировала с бешеной скоростью, выдавая ее истинное состояние.

Серафима сильная оборотка и отлично умеет контролировать свои эмоции, но сейчас её организм явно давал сбой, не подчиняясь ей на все сто процентов.

Высокая, красивая… ставшая такой родной для меня за все эти годы, но на данный момент смотрел на нее и не испытывал прежних эмоций, будто кто-то поставил невидимый блок, нажал кнопку, отключив горевшие огнем чувства.

– Что за шутки, Сима? – произнес хрипло, шагнул в ее сторону и, не стесняясь, принюхался, пытаясь уловить запах другого мужика, но моя жена пахло, как и прежде, за исключением легкой примеси сладких ноток.

Мой зверь встал в стойку и жадно втянул носом воздух, не в силах поверить, что это правда, что чудо всё же свершилось, но сомнений не было. Если Сима беременна, то от меня.

– Миш, я ждала тебя домой, чтобы устроить праздничный ужин и сообщить эту прекрасную новость, но ты не пришел домой ночевать и не отвечал на звонки, – произнесла Серафима и, несмотря на опасения, подошла ко мне вплотную, обнимая за шею.

Я растерян, мой зверь растерян, и это злило, потому что я должен был блять радоваться! Скакать от счастья, но самое большее, что я сейчас мог – это стоять, как каменное изваяние, не имея даже сил поднять руки и обнять свою беременную жену в ответ.

– Я знаю, что последние месяцы между нами холод.

Ты целуешь меня, имеешь мое тело, но сам мысленно, будто где-то совсем в другом месте. Мы же не чужие, Миш. Столько времени вместе и, думаю, я заслуживаю правду, – голос медведицы звучал ровно и спокойно, а горячее дыхание опаляло щеку, но я не мог выдавить из себя ни слова, будто онемел. – Между нами нет истинной связи, но любовь способна творить чудеса. Ты ведь в курсе, что у моей двоюродной тётки свой исследовательский центр?

– Да, – мой голос сейчас больше походил на противное сипение.

– Я давно просила ее о помощи, потому что очень хотела ребенка… от тебя. В тайне ото всех отправляла ей наши биоматериалы, молилась предкам и с замиранием сердца ждала хоть какой-то информации, которая смогла бы сделать нашу жизнь счастливее, смогла бы дать нам надежду.

– Сима… прошу… – прошептал, когда оборотка отстранилась и, развязав пояс шелкового халата, сбросила вещь на пол, полностью обнажаясь передо мной.