Испорченная истинная

На всякий случай отошел от девушки, чтобы ненароком не придушить и стиснул до боли в деснах зубы, в ожидании новой порции рвущей на части мою душу правды.

– Я ничего конкретного не знаю, но есть подозрения, что у Адель были связи с мужчинами. С кем конкретно не скажу, можешь хоть сейчас убить меня, я не знаю. Моя младшая сестрёнка такая ветреная и намного проще относится к сексу. Пару раз даже давала мне советы как правильно вести себя в первую брачную ночь…

Карина говорила, а у меня было такое чувство, что каждое её слово превращалось в кинжал, который, медленно растягивая мою агонию, впивался в сердце.

– Ты можешь мне не верить, но мои слова всегда можно проверить, – уверенно заявила, окончательно добивая мои надежды на то, что всё сука будет хорошо.

– Проверю. Обязательно проверю, не сомневайся, – ответил слегка осипшим голосом и быстро покинул компанию невесты, чтобы не натворить дел, о которых потом буду жалеть.

Сейчас мне нужно было выпить, постараться заглушить этот пожар отчаяния внутри, чтобы не сорваться сию же секунду в дом Мальцевых и не потребовать объяснений. Если эти предположения окажутся правдивыми, я не знал, что сделаю. Не мог предположить насколько озверею от осознания того, что никогда уже не получу то, что уже начал по праву считать своим.

Адель… девочка моя… я не хочу верить в то, что ты такая, не хочу верить, что ты отдала себя другому, подпустила кого-то настолько близко…

Глава 9.

Открыла глаза, ощущая себя будто в невесомости. Картинка перед глазами была не чёткая, а конечности свело судорогой. В помещении казалось кроме меня находился кто-то ещё. Голоса эхом разносились по пространству, но я не могла понять смысла сказанного.

– В чем дело? Что вам нужно? – кричал где-то над ухом какой-то незнакомый мужской голос, и я заставила себя приподняться.

– Пошёл отсюда на хрен, сопляк, пока я не порвал тебя на части! – услышала злобный рык отца и единственное, что смогу сделать – это кое-как натянуть на свое обнажённое тело кусок простыни.

Осознание произошедшего навалилось разом, и я даже слова произнести не могла, потому что забыла, как надо говорить, как дышать, как вообще жить теперь.

– Эй, папаша, полегче! – продолжал выступать парень, который почему-то тоже был обнажен и находился со мной в одной постели.