Высшая проба. Недуг мой, свет мой

Зато мы молчать не собирались. Как только оказались в столовой, начали сгребать на свои тарелки все подряд, громко обсуждая детали пикника. Придворные слушали нас, затаив дыхание, леди Бертена то краснела, то бледнела. А потом, едва досидев до конца ужина, сбежала как заяц от шквала шуточек и притворных сочувствий.

– Теперь я понимаю, – оглянулся на деда Хирд, – как жестоко мы ей отомстили, и никогда бы так не поступил. А тогда мне было всего десять, а Яну – семь. И мы искренне считали, что она это заслужила.

– Я тоже так думаю, – неожиданно поддержал его Чендис, – в те годы все старые фрейлины и статс-дамы упорно пытались управлять юной королевой, всячески доказывая, что она все делает неправильно.

И с мужем ведёт себя слишком уступчиво и кротко, и детей воспитывает без должной строгости. Чересчур много им позволяет, потом, когда сядут ей на голову, еще наплачется.

– А я очень хочу с ней познакомиться, – вдруг объявила Юнелия. – Дедушка, можно мы поедем к королеве Изольде в гости?

– Дай сначала до дома добраться, – вздохнул Териан, – а то я и забыл уже, как выглядит моя жена.

Четвертый месяц живу в повозках и шатрах и вовсе не таких удобных, какие делает Яна. Голову сломал, придумывая, как уговорить ее погостить подольше?

– Где погостить? – мигом напрягся Джин.

– У нас, в Анфелне. – спокойно пояснил король, – мы все едем туда.

– Но Альяна обещала вернуться на острова, ее ждет мать! – побледнел от негодования Джин, – я уже заказал в Мазиньи нам яхту.

– Отменим, – властно заявил дед, жестом останавливая открывшего рот ментала, – ты просто не знаешь последних новостей.

Сегодня мне спозаранку сообщили, что ваша мать уже плывет в Лортан. Если вы отправитесь из Мазиньи, то обязательно разминетесь.

– Извините, – хмуро покаялся Джин, – просто она мне никогда не простит, если я снова не довезу Яну домой.

– Не беспокойся, я всегда выполняю обещания, – попыталась утешить брата, но на душе у меня кошки скребли. Или это разгулялась интуиция?

Сегодня ночью я почти не спала… слова Хирда неожиданно стали той последней каплей в чаше терпения, которая его переполняет.

Нет, я всегда знала, что он постоянно заботится обо мне и искренне беспокоится, если у меня возникают трудности. Если случайно узнаёт про них, разумеется.

Но тогда я была для него младшим братом, которого нужно было опекать и проверять.

Но и подумать не могла, что он будет так беспокоиться и теперь, когда мы стали чужими и прежняя дружба уже невозможна.