Женись на мне, дурачок!

И почему он решил, что это я так распорядился?

– Надеюсь, ты не будешь ко мне приставать, если мы устроимся в одной комнате? – скорчив не менее расстроенную мину, нагло заявляю магу, специально, чтобы позлить.

– Я?! – даже задохнулся он от возмущения. – Да как ты смеешь!

– Ну не я же! – ехидно заявляю, проходя мимо кровати и меряя шагами пространство возле окна. – У меня, между прочим, давнишняя репутация уважаемого человека. А вот нынешняя молодежь… довелось мне кое-что слышать про современные нравы.

– Да я лучше тогда вообще… на сеновале спать лягу! – рычит он в ярости.

– Нет. Не ляжешь, – безапелляционно сообщаю я, начиная стаскивать с кровати подушки и складывать их горкой на огромном сундуке.

– Ты запретишь?! – Ноздри мага раздуваются, как у племенного жеребца, которого первый раз огрели плетью.

– Какое я имею право тебе запрещать? Просто сейчас весна. Зима была длинная, снег упал рано. Вряд ли сейчас во всей деревне найдется хоть одна охапка сена.

Пока я разъясняю парню тонкости сельского хозяйства, доходит очередь и до перин. Как я и предполагал, их на кровати целых три штуки. Тогда как мне вполне хватит и одной.

– Помоги! – зову Хенрика и берусь за один край перины.

– Что ты хочешь? – Вид у него теперь скорее задумчивый, чем подозрительный.

– Сбросить пару перин на пол.

– Зачем? – задает он глупый вопрос, но снять перины все же помогает.

– Чтобы тебе не жестко было спать, – аккуратно положив перины стопкой, степенно объясняю я. – Не выгонишь же ты на пол старого человека? Нет? Ну, значит, я правильно догадался, что кровать ты собирался предложить мне и решил упростить тебе эту процедуру. Вот держи простыню, сам постелешь. И подушек возьми, сколько нужно, мне хватит парочки. Это одеяло тебе, а это мне.

– Господа, банька готова! Как париться будете, вместе с женами али раздельно? – некстати заглянувший в открытую дверь староста с ужасом разглядывает разгром, которому подверглось так лелеемое ими помещение.

– С какими женами? – взвыл только успевший чуть успокоиться Хенрик.

– А разве это не ваши жены? – По нашим ошарашенным лицам староста начинает догадываться о своей ошибке.