Спящий красавец

Но как ни пытался Тервальд догнать мчавшуюся неведомо куда лошадь Линда, расстояние между ними сокращалось очень постепенно. Вот уже мелькнул впереди просвет между деревьями, означавший приближение оврага или опушки, и надежды почти не осталось. Как вдруг дорогу секретарю заступил мужчина в узнаваемом бледно-серебристом одеянии мага, и с губ его величества сорвался вздох облегчения.

Пронесло.

Что там делал магистр с замершей статуей лошадью Линда и с ним самим – Тервальд не разглядел. Пролетел мимо и, повинуясь вспыхнувшему в воздухе указателю свернул левее.

Как вскоре стало ясно, расчищенная тропка вилась почти рядом, лошадь секретаря все время ломилась через кусты в пяти шагах от нее. Эта стежка и вывела короля на дорожку пошире, тянувшуюся вдоль опушки и сворачивавшую к арене.

Оттуда уже доносился гул разгоряченной зрелищем толпы, выкрики загонщиков, кабаний рык и визг дам. Тервальд пришпорил коня, спеша оказаться вместе со всеми и понесся стрелой.

Откуда сразу за поворотом взялась на тропе медленно бредущая группа дам, он не понял, но успел свернуть на обочину, чтобы никого не сбить.

И это оказалось самой непростительной ошибкой. Конь успел сделать лишь несколько скачков, как резко остановился, громко заржал и рухнул на колени, сильно поддав крупом. От этого толчка и по инерции король вылетел из седла как камень из пращи и перелетел через кусты.

Позже он вспоминал мелькнувшую мысль о том, что нужно сжаться, чтобы не врезаться головой в дерево, но не помнил, успел ли сделать хоть что-либо.

Все, что сохранила память – это страшный удар спиной о какой-то твердый предмет и противный хруст под правой лопаткой. А потом тело пронзила нестерпимая боль, мгновенно сменившаяся темнотой и тишиной.

Мир вернулся так резко, словно и не исчезал. Не гас свет, не пропадали чувства и мысли, не таяла невыносимо мучительная боль.

Просто появился еле заметный аромат увядающих трав, влился в грудь сладкий вдох осеннего воздуха, а по языку потекла прохладная струйка кисловатого питья.

И было оно так желанно и необходимо еще помнящему отзвук боли королевскому телу, что Тервальд властно потянулся за кружкой дрожащей рукой.

Не вышло. Руку мгновенно перехватили и вернули назад.

– Тсс, – тихо шепнул кто-то женским голоском, – лежите смирно, вам двигаться нельзя. Я вас связала… маги развяжут.

– А ты кто? – бдительно осведомился король и сам поразился, услыхав свой голос.

Какое-то жалкое овечье блеяние, а не королевский грозный рык.