Остров на краю света

– Ну, – потребовал Анцельс, едва клеть двинулась, – объясняй, что за история с ящиками?

Двадцать лет назад наш алхимик изобрел новый клей и придумал, как с его помощью делать из простой травы прочные, а главное, дешевые контейнеры. – заторопился Рестон, – В них можно перевозить и хранить любые товары. Кроме жидких. Раньше все возили в ящиках, деревянных, металлических, плетеных. Очень неудобно, все разного размера, разной крепости и главное, их нужно было возвращать или оплачивать. А это поднимало цены на товары и добавляло работы порталам.

– Довольно, это все знают. Тебя просят сказать, почему контейнеры не пускали на остров.

– Там на самом деле стоял слабый артефакт, как и на многих тупиковых башнях. Мы заказали новые, ведь проще один раз купить артефакты, чем мучиться с мелкими грузами. К тому времени мастерские уже изготовили формы и штампы одного размера и начали выдавать все больше одинаковых контейнеров.

– Короче.

– Я сам сюда не ходил… работал на юге. Там было труднее. А здесь новый артефакт ставил один из старых мастеров… и он должен был забрать прежний указ.

– И я не могу, – ядовито процедил Анцельс, – даже представить, что один аккуратный не убрал приказ, второй не дошел до этой башни и отчитался, что дежурные на тринадцатом лгут, третий их не допросил, показания не сверил, на суд в орден не отправил. Просто взял и наказал, хотя никакого права не имел.

– Но мы же сняли с них не ступень мастерства… а только портальщиков… – Рестон шептал все тише, пряча потерянный взор.

Подъемник замер и тотчас раздался насмешливый мужской голос.

– Какие контейнеры интересные пошли! Ну, привет, грузики! Зачем пожаловали?

– Мы ищем свои контейнеры, – строго оборвал его веселье магистр, но кладовщик не смутился.

– Документы на груз покажите.

– Вот, – когда Анцельс успел обзавестись пачкой бумаг, которые вытащил из кармана, никто из его спутников не знал.

– Объект тринадцать… где же вы спали столько лет! Мне уже уволиться хочется при виде этих ящиков.

– И где вы их все храните?

– Три года – здесь. Потом уничтожаем на пустыре.

– А вдруг там что-то ценное? – подозрительно уставился на него Шэдгер.

– Так ведь комиссия открывает, и акт пишет. Я и близко не подхожу, и тут вонь замучила. Появляется месяцев через шесть и терпи потом еще два с половиной года. А ценного ни разу не было.