Сага о халруджи. Слепой. Книга первая

«Наверное, если я посижу здесь пару недель, буду смеяться также», – подумал Регарди, отодвигаясь в сторону.

– Какой ловкий, – неожиданно внятно пробулькал сокамерник. – Отдай железку!

– Какой глазастый, – парировал Арлинг. – Подойди и возьми.

Плохо, очень плохо. Не стоило знакомиться с людьми подобным образом. Узник оказался на удивление внимательным. Разглядеть тонкое лезвие в тусклом свете факела, тепло которого халруджи улавливал справа, было непросто.

Человек замешкался и вдруг быстро пополз к нему, шлепая ладонями по сырой глине.

Решив не испытывать судьбу, халруджи напал первым. Тело отреагировало быстро и послушно. Обхватив ногами шею узника, Арлинг прижал его к полу и слегка придушил.

– Будешь кричать, удавлю, – пригрозил он. К его облегчению, существо оказалось разумным, так как кряхтение и вопли прекратились.

Подавив чувство брезгливости, Регарди быстро ощупал пленника и поморщился, когда обнаружил, что у человека нет ног.

– Тебя как зовут?

– Калииим… Пусти, больно!

– Потерпишь. Мы в Балидетской тюрьме, верно?

Хрюканье должно было означать положительный ответ.

– Как я сюда попал?

– Как обычно, – протянул Калим. – Я спал, когда тебя притащили. Бить стали. И меня тоже. Всегда так делают. Если бьют, то всех.

– Когда это было?

– С десяток свечей, пожалуй. Факел недавно меняли. Да что ты в меня вцепился, шею пусти!

– А сколько тебе лет, красавица? – спросил Арлинг Магду, поправляя пушистую прядь на голове девушке и с трудом борясь с желанием, распустить тугую косу в черный хаос блестящих волос.

– Двенадцать звездных пегасов, пять закрытых лун и две говорящие кошки, – не задумываясь, ответила Магда, и шутливо дернула его за челку.

Сейчас халруджи и вправду вспоминал каких-то людей, которые не отличались вежливым обращением с пленными купцами. Не кучеяры и не драганы, а те, другие, со странным говором и едва уловимым запахом сахара.

– Ладно, последний вопрос. Что с городом?

– А что с городом? – вопросом на вопрос ответил Калим и постарался ужом выползти из-под его ноги. Для калеки он был слишком проворным.

Решив, что ничего толкового от сокамерника не добьется, Арлинг его отпустил. Тот сразу зашлепал прочь, но, отодвинувшись на безопасное, по его мнению, расстояние, остановился и принялся ожесточенно чесаться.

– На Балидет напали, – нарушил молчание Регарди.