Сага о халруджи. Индиговый ученик. Книга вторая

«Наверное, я съел обед стражника», – запоздало подумал он, понимая, что хочет бессовестным образом попросить еще.

– Ну ты и ешь, – рассмеялся кучеяр. – Словно месяц по пескам бродил. На-ка хлебни.

К губам Арлинга заботливо приставили фляжку, и он поспешно сделал большой глоток. Во фляжке оказалось вино, которое обожгло горло, но ободрило и придало сил. Жажда осталась, но она была терпимой.

– Вы слишком добры ко мне, – смущенно пробормотал Регарди, понимая, что на этот раз человеческая жалость спасла ему жизнь.

– Да перестань, – отмахнулся стражник. – А вон и гостиница твоя. Тебе ж к Зимрану надо, верно?

Арлинг кивнул и вымученно улыбнулся. Давай, парень, приободрись, ты же пришел почти домой. Твой дядя уже здесь побывал, и все решил. Осталось только найти этого Зимрана и как можно убедительнее представиться.

– Я перед вами в неоплаченном долгу, господин, – сказал Арлинг, пожимая стражнику руку. – Надеюсь, боги дадут мне шанс отблагодарить вас. Дальше я как-нибудь сам.

– Уверен?

– Да, добрый господин. Хозяин меня знает. А то если увидит с вами, то подумает, что я что-нибудь натворил, и не пустит. Он очень мнительный, но его понять можно. Сегодня бродячих людей много.

– Как знаешь, – в голосе кучеяра прозвучала легкая обида.

Арлинг низко поклонился – из уважения и благодарности, но еще и потому, что его щеки полыхали, словно закат. Ему было стыдно. Теперь вся его жизнь зависела от милости других людей, и он не мог к этому привыкнуть.

Регарди зашел в таверну только после того, как шаги стражника затихли. Впрочем, его посещение гостеприимного дома Зимрана было быстрым и закончилось на пороге – дальше его не пустили. У хозяина полностью отсутствовало чувство юмора. Когда Арлинг представился и заявил, что благородный купец Рибар Асдахан сегодня должен был договориться о комнате для своего сына, Зимран, от которого на весь дом воняло чесноком и сгоревшим маслом, даже не рассмеялся.

Позже Регарди долго думал, не допустил ли он ошибки в обращении к хозяину или в использовании какого-нибудь кучеярского слова, что вызвало недовольство Зимрана, но вынужден был признать, что правда была проста – Абир в гостиницу не приходил.