Андреевское братство

Вот-вот и воскликнет, обращаясь к Ирине: «А я что говорил?!»

Но ничего он не воскликнул, а привстал, наклонил вежливо голову и сделал приглашающий жест в сторону третьего кресла, стоящего чуть в стороне, у леерного ограждения.

Понять можно двояко, но я предпочел более решительный вариант. Взял кресло и поставил его к торцу стола, между Новиковым и Ириной.

Она, взмахнув длинными ресницами, перевела взгляд с него на меня, и губы ее дрогнули намеком на улыбку. И я окончательно успокоился.

Взял наполненный для меня бокал.

Полусухое «Абрау-Дюрсо» смыло с губ жгучий вкус океанской соли.

– Вплавь? – сочувственно спросил Андрей. – Долго добирались?

– Часа полтора… С того берега, – я показал рукой.

– Нормально. Если рекордов не ставить. Видишь, Ирок, я не ошибся… – (Ну вот, хоть и с запозданием, а сказано!) – Игорь все же принял наше приглашение. Похоже, дела у него не очень. Настолько, что даже катер взять не потрудился. Некогда было? Или не на что?

– Скорее первое… И вас засвечивать не хотел, – я вновь почувствовал себя с Новиковым легко, как со старым приятелем.

И спокойно, как раньше бывало в обществе командора Маркина. В том смысле, что и с тем и с другим можно расслабиться, сбросить с себя груз ответственности за принятие жизненно важных решений.

– И следует понимать, что во всем Западном полушарии помочь, кроме нас, оказалось абсолютно некому?

– Тоже недалеко от истины. Не могу не отдать должного вашей проницательности.

– Чего уж там, – простодушно улыбнулся Андрей.

 – Специальность у меня такая…

– Профессиональный защитник всех гонимых и обиженных, – в тон ему продолжила Ирина.

И опять мне захотелось излить душу, и немалого труда стоило удержаться хотя бы для того, чтобы «сохранить лицо». Никто не любит слабаков, даже если рады им помочь.

Новиков уловил мое настроение.

– Ну, что у вас за это время случилось? И чем сейчас могу быть полезен?

В нескольких фразах я обрисовал им ситуацию после нашего расставания. Ирина слушала меня с явным сочувствием, возможно, представив себя в положении Аллы.

Новиков же рассеянно курил свою трубку, подливал шампанское, в нужных, на его взгляд, местах ободряюще кивал.

– Так. Понятно. Только вот беда, среди местной полиции или мафии у меня приятелей не имеется, собственных боевых отрядов тем более.

– Знаете, может, я лучше пойду? – сказал я, почувствовав себя ужасно глупо. – Извините, что нарушил ваше уединение…

– А вот это зря. Нельзя быть таким… обидчивым.