Страх звёзд

Пойдём проведаем нашего знакомого, может, он чего скажет?

– А таракана здесь оставим? – нахмурилась Лада. – Он же любые замки вскроет.

Томаш задумчиво потёр подбородок.

– Я могу питание отвести здесь от всех дверей, и тогда он ничего не сделает.

– Значит, ещё и минус кают-компания, – сказала Лада. – Хорошо идём!

* * *

– Как он? – спросил Томаш.

– Нормально. – Лада посветила Джамилю медицинским фонариком сначала в один глаз, потом – в другой. – Я что, врач, по-твоему? Жить будет. Но если и дальше продолжит из себя идиота корчить, то, – она хрустнула костяшками пальцев, – не слишком долго.

– Идаам! – Томаш наклонился к Джамилю, который лежал на кровати с настолько тщательно перебинтованной головой, что можно было подумать, будто у него череп по швам разошёлся. – Вы как, в порядке? Говорить можете?

– Да, да, я могу… – пробормотал Джамиль. – Но голова, знаете, очень страшно болит, кажется, вот прямо расколется сейчас, и перед глазами такие страшные чёрные пятна, чёрные мушки…

– Вроде болтает он как обычно, – сказал Томаш.

– Давала. Хватит с него пока.

– У нас, кстати, разве нет нормальных бинтов? Что это за тряпки такие?

– Где-то есть. Я не нашла.

– Хорошо, неважно. Идаам, мы бы хотели получить от вас некоторые объяснения. Вы вместе со своим кабуром каким-то образом проникли в наш технический отсек и устроили серьёзную аварию. Мы могли погибнуть.

– Если бы не наш героический капитан, – вставила Лада.

– Погибнуть? – Джамиль захлопал глазами. – Но как же так? Я… я не уверен, что всё правильно помню. – Он коснулся пальцами лба. – Так больно думать!

– А вы не торопитесь, – холодно улыбнулась Лада. – Мы вас нашли без сознания в техническом отсеке, кабур при этом вытворял какие-то фокусы с нашим генератором.

– В итоге у нас мощность упала до критической, – продолжил Томаш. – И стало отказывать всё оборудование. А этот стервец потом зачем-то к виртпроцессору полез. Если бы мы вовремя не среагировали, то чёрт знает, что бы он ещё натворил!

Джамиль быстро глянул сначала на Томаша, потом на Ладу и снова болезненно поморщился.

– Не знаю, – простонал он. – Так больно думать! Боюсь, я что-то себе повредил. Я… – Он поднял над кроватью руку, распялив толстые пальцы. – Смотрите, как трясётся! Я даже подняться не могу!

– Можно тебя на секунду? – шепнула Лада Томашу.

Они вышли в коридор. Лада оттащила Томаша за рукав поближе к рубке.