Сикарио

Этой ночью я также не плакал, хотя причин для этого было предостаточно, более того я вовсе не разозлился, я был уверен, что нам несказанно повезло, окажись мы внутри, от нас остались бы одни головешки.

Зеленый автомобиль уехал, а чрез пару минут вышел какой-то элегантно одетый сеньор, который наблюдал за происходящим из окна отеля. Когда он узнал, что сожгли наш «дом», то взял нас за руки и отвел в «Такендама», где приказал выделить нам комнату, пусть и в подвале.

Сеньор этот был из Барранкилья, это на побережье.

Той ночью мы спали на двух огромных кроватях.

А на следующее утро в комнату вошла старуха с очень не довольным видом и сообщила, что тот сеньор уехал, но оставил каждому из нас по тысяче песо, которые мы сможем получить при условии, если вымоемся.

И еще он купил нам одежду.

Старуха нас вымыла, дала одежду, деньги и выставила на улиц у.

А сеньор? Больше мы его никогда не видели.

Да я знаю, и в Барранкилья полным полно всяких сукиных детей, но тот человек был единственным, кто сделал для меня что-то и взамен не попросил ничего.

Нас отмыли и мы стали похожи на обыкновенных детей, а в карманах у нас было две тысячи песо.

И что вы думаете мы сделали? Пошли в пиццерию и наелись от пуза.

Вы не представляете, как это приятно сесть за стол, показать официанту деньги и заказать огромную пиццу с ветчиной и луком.

И есть эту пиццу не на корточках где-нибудь в углу, а сидя за столом, рядом стоит банка с «колой» и никто не подойдет, чтобы отнять её у тебя или не начнет «тереться» рядом, выпрашивая кусочек.

А на десерт мы заказали мороженное.

Есть вещи, о которых человек должен помнить всю свою жизнь, и я всегда буду вспоминать, как первый раз в жизни спал на кровати с матрасом, как первый раз принял ванну, как купил новую одежду и свой первый обед, который я ел как человек цивилизованный.

Этим же вечером мы пошли на рынок и купили одеяло, а поскольку вид у нас был приличный, не как у «гаминов», мы смогли пробраться в соседний дом и спокойно выспались на лестничной площадке верхнего этажа.

О чем мы говорили с Рамиро этой ночью?

Конечно об отеле, о пицце, о новой и красивой одежде и, конечно же, о ванне, о душистом мыле и горячей воде.