Виктория

– Дедушка, он говорит, что его зовут Домовой и он рад новому знакомству.

– Взаимно.

– Деда?

– Что родная?

– Ты правда-правда веришь мне?

– А почему я не должен тебе верить!?

– Но ты же взрослый. А взрослые не верят в невидимых друзей.

– Раз ты говоришь, что он существуют, значит, он существует. Тем более в детстве у меня у самого были пару-тройку невидимых друзей.

– Да!? Расскажи мне об них?

– Ну… одного звали весельчак Иван, а другого – мудрый Вова. Один меня всегда смешил, а другой – учил уму разуму.

– Да ничего, дедуль. Я просто не ожидала…

– Чего не ожидала?

– Того, что ты мне поверишь и расскажешь про своих бывших друзей.

– От чего же бывших? Они и сейчас существуют, просто теперь я их не вижу и не знаю радоваться этому или грустить. В общем, нам надо с тобой об этом поговорить дома. Хорошо?

– Хорошо, деда. Много рыбы поймал?

– Эх.

– Все так плохо!? Ну, хоть одну рыбку-то поймал?

– Даже и не знаю можно назвать ее рыбой, настолько она мала, что можно и не заметить.

– Что это за такая маленькая рыбка?

– Дома увидишь.

Как выяснилось дома, дедушка шутливо обманул всех домочадцев, заверив, что ничего не поймал, кроме крохотной рыбки. На самом деле, когда он открыл рюкзак и достал оттуда огромного карпа на четыре кило, все ахнули.

Через полчаса они сидели за общим стол, объединенные невидимыми узами, узами даров природы, переплетающие между собой серебристыми нитями, и с наслаждением кушали пельмени, макая их в уксус и в густой домашний майонез. Съев полную кастрюлю пельменей и банку майонеза, рассказав друг другу разных истории, бабушка с Марией убрали со стола грязную посуду и поставили на стол горячий алюминиевый самовар, кружки и глубокие тарелки с аппетитными пирожками.

– Чувствую сегодня мне не встать из-за стола, – сказала Вика, взявшись за живот, когда мама принесла еще одну тарелку с пирожками.

– Не переживай мы тебе поможем, – сказала Константин, подмигнув дочери.

– Ты сам-то хоть встанешь? Столько пирогов слопал! – Она засмеялась.

– Это уже другой вопрос. – Константин зевнул. – Чтобы мы делали без любимых женщин. Очень-очень вкусно. Спасибо.

– Научились бы готовить, – сказал дедушки, и все засмеялись. – А если серьезно. – Он глотнул чаю.