Туарег 2

 – После того дня, когда Абдуль эль-Кебир попросил у нас приюта, на нас как будто клеймо поставили.

– А что тебя удивляет, брат? Удача обычно не сопутствует людям честным и справедливым. Зато им помогает Аллах. Истинный мусульманин всегда предпочтет руку Аллаха, чем руку удачи. Иди за верблюдами!

Не теряя время, все принялись собираться, но не успели навьючить даже одного верблюда, как Аиша выпрямилась и произнесла:

– Вон еще едут!

Вдалеке, сопровождаемый тучей пыли, появился автомобиль.

– Похоже, у них у всех одна и та же карта, потому-то все и едут сюда… – Гасель задумчиво почесал свою черную бороду.

– Как?

– Пока не знаю. Но если предыдущие гости нанесли нам вред, то все, кто участвует в этих сучьих гонках, виновны и обязаны ответить.

– Но те, что приезжали вчера, были вежливы, они накормили нас, – напомнила ему мать.

– Возможно, – согласился Гасель. – Но когда мы сталкиваемся с другими племенами, мы не задумываемся над тем, кто хороший человек, а кто плохой.

– Хочу напомнить тебе, брат, – сказал Сулейман. – Согласно древним законам, если какой-либо воин другого племени наносит нам обиду, то племя обязано передать его нам с целью предотвращения войны.

– Ты с этим согласна, мама?

– Это очень старые законы, сынок. Но я считаю, что они будут действовать, пока пустыня продолжает оставаться пустыней, а туареги – туарегами. Тот, кто совершает преступление, обязан заплатить за это.

– Да будет так!

Тем временем машина остановилась у колодца. Из нее вышли потные усталые мужчины и сразу натолкнулись на черные стволы ружей, нацеленные им между глаз.

– Что это значит? – пробормотал один из них.

– Это значит, что вы стали нашими пленниками, – спокойно ответил Гасель Сайях.

– Пленниками? Что вы хотите этим сказать? Какими такими пленниками?

– Военными.

– Вы в своем уме? Мы ни с кем не находимся в состоянии войны.

– Вы – нет, мы – да.

– И с кем же?

– Со всеми, кто разъезжает по пустыне, считая, что она – их… – Гасель посмотрел на брата и приказал: – Свяжи их.

Двадцать минут спустя внутри еще не разобранного шатра два растерянных пленника непонимающе взирали на своих захватчиков.

– Ну а мы-то здесь при чем? – задал наконец вопрос тот, кто, очевидно, был старшим. – Мы даже не знакомы с этим вашим Марком, и нас никак нельзя обвинить в отравлении вашего колодца.