Брюсова жила

Но сейчас-то целей было несколько, а поражена – одна. Та, которую он выбрал. Значит, действительно, смог. Сумел. Научился.

– Здорово, – поддержал Пирог. – Быть может, поучимся все-таки стрелять из ружей?

– Если ты научился попадать в цель Силой, попадешь из чего угодно – ружья, рогатки. Снежок бросишь – снежком попадешь.

– Ага, как на велосипеде кататься. Научился на одном – научился на всех.

– Верно, – согласился с Санькой Корнейка.

Ещё один люсид оторвался от куста и полетел ввысь. Пирог проводил его взглядом, но даже не попытался сбить.

– Хорошо, – одобрил Корнейка. – Стрелец – не тот, кто умеет стрелять, а тот, кто научился не стрелять попусту. Тренировка – другое дело.

– Где ж в Норушке тренироваться? У нас люсиды не летают. По лампочкам?

– По лампочкам не стоит, у нас их и без того мало. Придумаете. Только не форсите напоказ, не хвастайтесь.

– Почему? – Пирогу, верно, хотелось блеснуть перед пацанами. А что, классно: бах, и сбил яблоко, шишку, жестянку пивную.

– Ну, во-первых, силы в Норушкинском воздухе будет поболее, чем в здешнем.

Правда, это дело привычки, быстро приспособитесь, полной грудью черпать будете, не люсиды – камни крошить можно.

– Столько силы? – обрадовался Пирог.

– То-то и оно. Нельзя до срока раскрывать себя, свои возможности перед врагом, – пояснил Корнейка.

– Перед врагом? А кто – враг?

– Кабы знать… Сегодня он обычный, нормальный человек, а завтра…

– Это заразно, что ли?

– Заразно, – подтвердил невесело Корнейка.

 – Природа не терпит пустоты. И если человек пуст, то в нем обязательно что-то поселяется. Иногда добро, иногда зло. Злу легче, оно, как сорная трава, прорастает безо всякого труда. Потому – ухо востро, глаза раскрыты, а язык пусть отдыхает за всех.

– А как же Равиль, Наташа? Им-то рассказать можно?

– Им можно, они не пустые. Можно, но не нужно. Потом, когда они попадут сюда, на Поле Стрельцов. Вы их сами научите. А сейчас что зря болтать. Самый ловкий, самый быстрый, самый меткий может пропустить выстрел в спину.

Нужно учиться не только стрелять, но и защищаться. Ментальная оборона, ментальный щит – это, скажу вам, штука нужная, – но распространяться, что за щит такой, не стал.

– Нам что, будут стрелять в спину? – Санька почувствовал, как засвербело меж лопаток.

– Уже стреляют.

– Конечно, стреляют. Комбинат, что в Чирках – это целый залп, – Пирог говорил убежденно, словно неделю над этим думал. Почему нет?

– Комбинат.