Брюсова жила

Не придают значение. Или курение. Минздрав предупреждает, предупреждает, а хоть бы хны. Так, наверное, и родители. Маг, а что такое маг, наверное, что-то вроде музыкальной школы, или физико-математической для одаренных… Не задерживается мысль на этом и переключается на другое…

У Санька и самого переключились мысли на другое.

А Корнейка раскрыл пакет, в котором были банки для жуков, и вытащил из него завернутый в странные, большие листья, кусок мяса на кости.

– Обедай, Джой.

Тот обнюхал, вопросительно посмотрел на Корейку.

– Ешь, ешь.

Джой упрашивать не стал – схватил кус, утащил под куст и с утробным рычанием принялся пожирать.

– Откуда?

– Утром охотники лося завалили. Егеря куски, что получше, взяли, а остальное бросили. Не пропадать же добру.

– Какая охота, где?

– Да есть местечко в Подмосковье. Для руководства. Охотхозяйство имени… Впрочем, это неинтересно.

– Но как же ты… А, понял. Магия.

– Элементарная, – согласился Корнейка. – Перемещение объекта в пространстве при известных координатах.

Они полежали ещё. Джой от мясной сытости начал распевать свои овчарочно-азиатские песни. О чем видит, о том и поет. «Вот я лежу, наевшись лосиного парного мяся, а рядом обретенные друзья ведут задушевную беседу. Как сладостен миг покоя!»

О том ли пел Джой или нет, Санька точно не знал. Домысливал. Сочинял. Потом сочинял свое, но выходило куда как менее складно. За собаку думать легко, а вот по-человечески…

– Пора, – поднялся Корнейка. Он посмотрел банку на свет.

– Какой процесс?

– Структуральная модификация. Теперь и жуки, и личинки к картофелю будут чувствовать одно отвращение и станут питаться исключительно сорняками, – с этими словами он вытряс из банки жуков на ближайшую грядку. – Мало того, своим энтузиазмом они будут заражать всех жуков и всех личинок, с которыми столкутся.

– Значит, все? Колорадского жука больше нет?

– Увы. Надолго эти качества не сохраняются. Перекуется только поколение этого года.

– Ещё бы.

– А мы… Мы теперь можем погулять по окрестностям деревни, если ты не против.

Санька против не был. Уходя, он посмотрел на рядок – не то, чтобы не доверял Корнейке, а из любопытства.

Жуки с удовольствием устроились на осоте, и, похоже, до ночи колючий враг не доживет. Хорошая штука – магия, подумал он.

– Наука тоже может многое, если с умом, – будто прочитал его мысли Корнейка.