Исполняющий обязанности

Фонарь перевел в спичечный режим, а потом и вовсе выключил. В окнах августовская ночь в фас и профиль. Звёзд много, луна явится сразу после полуночи. Будем ждать, недолго уже.

Вокруг жизнь. Стрекот цикад, уханье филина, рокот ветряка, шелест травы. Слух потихоньку очищался после городской сажи. Да и сам зал, верно, играет роль акустического усилителя.

На востоке посветлело, а потом и месяц поднялся, стареющий.

Что ж, пора.

В хрустальном шаре, освещенном звёздами и луной, заклубилось марево. Что оно клубится в моем сознании, а шар – это лишь экран, проекция, не столь и важно.

Мудрить не стану, пойду классической тропой. Настоящее время. Ну, о ком думаю я, смотреть не стану. Потому что смотреть, в общем-то, некого. Ольга? Лучше не надо. Известно ведь, не хочешь узреть неприятное – не подглядывай. Ну, как не одна она, Ольга?

А вот разглядеть тех, кто думает обо мне, всерьёз думает, напряжённо, следует обязательно. Если таковые существуют.

Существуют?

Существуют.

Но сие не в радость. Меня хотят либо убить, либо посадить на цепь. Очень хотят. На уровне готовности номер один. Что любопытно – совершенно незнакомые мне люди.

Интермедия

Обезличенный кабинет начальника не слишком большого, но и не совсем уж маленького. Перспективного майора, быть может, даже подполковника. Или из штатских того же чина. В кабинете ничего лишнего: стандартная мебель, портрет на стене, недорогой кондиционер. Что недорогой, ясно по дребезжанию, но оно, дребезжание, похоже, всех устраивает, иначе бы давно выключили: ночь, жары нет, скорее, наоборот, прохладно.

На казённом столе – бутылка водки, баллон минералки, корнишоны, мясная нарезка, всё – едва тронутое. Пакет эконом-магазина. Заглянет кто – увидит, что люди снимают напряжение после серьёзной работы. Но никто сюда просто так не заглянет. Кроме автора.

За столом трое, возраст от тридцати до сорока. Одеты, как и полагается перспективным майорам в штатском.

– Нужно было его грохнуть ещё тогда, – сказал Решительный.

– Когда – тогда? – спросил Осторожный.

– Да хоть вчера.

– Тогда сегодня мы бы скидывались на венок, – отрезал Умник.

– С чего бы это? Он нам не друг и не родственник, – возразил Решительный.

– Тебе бы скидывались.