Улан. Наследие предков

Два дня отмокали и отъедались, затем начались визиты. Марии-Терезии в настоящее время не было в Вене, так что оставалось только ждать и восстанавливать старые знакомства. Первым делом – к приятелям-воякам. Здесь Владимир немного играл – человека, далёкого от интриг и решившего навестить боевых приятелей. Но именно немного, поскольку в основе именно таким и был, да и многие военные принадлежали к знатным семьям и имели весьма серьёзные связи. А самое главное – через них можно было решить какие-то вопросы и провести аккуратный вброс нужной информации без особого официоза.

Старый приятель, ранее служивший в кирасирском полку Модены, встретил его тепло. Пусть по формальному рангу он был ниже – всего лишь бароном, но его реальное влияние в столице могущественного государства с лихвой перекрывало это, так что встретились на равных, без чинов.

– Изображаю из себя дипломата, – уныло пожаловался принц собеседнику, – а какой из меня дипломат…

– Не прибедняйся, – хмыкнул барон, – всем известно, что ты человек умный и образованный, да и как руководителя тебя хвалят.

– Не прибедняюсь, это несколько разные вещи, – отхлебнул вина, блаженно посмаковал и развалился в кресле.

– Ну…, – протянул Зейтц, – это да, ты же торопыга, да и к придворным увеселениям равнодушен. Не совсем даже понятно, зачем тебя сюда прислали.

Рюген хмыкнул и с иронией посмотрел на приятеля…

– Ладно, в общих чертах понятно, – засмеялся тот, подняв руки, – ты лицо, напрямую заинтересованное в том, чтобы избежать конфликта на Балтике, да и к императору близок.

– Не только на Балтике, – честно ответил Померанский, – но и конфликта вообще. Сам помнишь – в конфликте выигрывает тот, кто наблюдает за ним со стороны. Ни нам, ни вам не нужно усиление Пруссии или очередного вмешательства Франции в наши дела.

– Не нужно, – согласился барон и наклонился поправить кочергой угли в камине, – ну так не лезьте в Польшу.

– Легко сказать! Была бы она нормальным государством – да, заключил договор и хватит.

– Это да…, – протянул Зейтц, – Польша…

На этом разговор о политике прервался – каждая сторона высказала, что хотела. Рюген дал понять, что Россия не нуждается в Польше и заинтересована разве что в русских землях, населённых православными, да и то – скорее вынужденно.