Улан. Наследие предков

Так, двести пятьдесят экземпляров, из которых двести разойдутся по библиотекам учебных заведений, а ещё пятьдесят станут подарками для некоторых сановников и отличившихся работников Департамента Образования. Ну а дальше видно будет.

Останавливались в придорожных трактирах или гостиницах в городах – по обстоятельствам. К великому сожалению Владимира, разбить привычный воинский стан на природе нельзя. И дело тут не только в том, что "не комильфо", но и в том, что вся земля поделена. Технически-то можно… Но именно технически – бывший улан прекрасно знал, сколько проблем может принести такое решение.

В гостиницах же… Клопы, тараканы, блохи и вши были делом нормальным, привычным. Свита даже радовалась, когда обнаруживалось, что в гостинице/постоялом дворе имеются тараканы – это означало, что не будет клопов… Попаданец в такие моменты только радовался, что насекомые всех видов его избегают. Нет, так-то достаточно чистенько, но всё равно – были насекомые, были.

– Ой, княже, заели! – Скривил страдальческую физиономию Тимоня, истово чешась, – клопы, да с блохами… Когда ж мы к Вене-то приедем, там-то хоть искупаться можно будет…

Последнее было актуальной проблемой…

– Не напоминай, мы скоро вонять будем, как местные.

Свита завздыхала – к русским баням они успели привыкнуть, а особенно бывалые вояки оценили работавших при банях костоправов и всевозможных "бабок", с успехом заменявших докторов. Ну и чарка после бани казалась особенно вкусной…

Глава восьмая

Дмитрий Михайлович встретил Рюгена очень тепло.

– Рад, что вы приехали, принц, – встретил он Рюгена прямо у порога своего особняка.

– Может, на ты? – Предложил Владимир, не любивший европейского "Выканья". Голицин засмеялся:

– Мне говорили про тебя, что ты прост в общении, но не думал, что настолько.

Вместо ответа попаданец развёл руками.

Особняк русского посланника правильней было бы именовать дворцом. Что уж говорить, если весьма престижную улицу, на которой стоял особняк, называли уже Голицынштрассе[30 - Как и в РИ.]. Самому герцогу Померанскому и его свите отвели отвели покои по соседству с хозяйскими и прикрепили слуг. Первым делом помылись и отдали вещи в стирку и чистку.