Отрочество 2

Терплю от потерянности и немножечко от понимания, шо эта вся ерунда – от всей широкой жидовской души, которая нас – за своих!

– Милая, – прервал нежности супруги дядя Фима, – между собой мы можем, как нам удобней, но таки не забывай, шо он таки Егор, а Рувимчик – Санечка.

– Ну вот, – искренне расстроилась женщина, – мог бы и потом сказать, мине приятней думать, шо они из наших! Я мальчиков за родню уже считаю, а гоев как-то не так удобно, как не гоев! А где Миша? Миша!

Она яро и радостно замахала ему рукой, и дамский ридикюль загудел вокруг её красивой шляпки своеобразным кистенем.

– Ша! – замолчал её дядя Фима, – Он таки да, но инкогнито, контрабандой едет. Мы ево таки не видим и не слышим, ты мине поняла?

– Совсем нет, или можно немножечко поздороваться? – тётя Эстер умильно сощурила глазки, и дядя Фима, завздыхав и размякнув сердцем, разрешил супруге немножечко нарушить инкогнито. Взвизгнув радостно, она чмокнула мужа в выбритую до синевы, лоснящуюся щёку, и порысила к Мишке симпатичным женственным бегемотиком.

– А эти два молодых человека тоже да? – он обратил наконец внимание на близнецов, стоящих плечо к плечу позади мине, и улыбающихся поверх головы.

– Ага, – закивал Самуил, бася на грани инфразвука, – папа решил, шо мы таки уже взрослые, и дал направляющий пинок из родного гнезда по направлению Африки.

Дядя Фима ради воспитательного эффекта смерил их недовольным взглядом, но промолчал.

Котяра, он же Иван в крещении, виноватиться не собирался, и разглядывал этот жидовский цирк на выезде с удовольствием и интересом, как естествоиспытатель в гостях у папуасов. Опытный дядя Фима не стал передавливаться с ним глазами и волей, и перестал обращать внимание, считая то ли за багаж, то ли за мою ручную зверушку.

– Собственный выезд?! – приятно поразился я при виде богатого экипажа, сделав выразительными глазами большой комплимент Бляйшманам. Дядя Фима засопел довольно, и принялся рассказывать – где, почём и как он героически буквально за копейки!

Мы с Санькой устроились с Бляйшманами, а Мишка с Котярой и близнецами в едущем чуть позади извозчичьем наёмном экипаже, потому как инкогнито и тайно.