Эффект бабочки

– Полезное дело, – покивал Аркадий важно, забирая внимание, – я вот по первому образованию инженер, потом в администрации города работал, юридическое получил. Потом уже бизнесмен.

– Нас сама судьба свела, – хохотнул натужно Максим, – Без Сашки мы в Берлине пропадём на первых порах, без моих талантов с голоду подохнём или чернорабочими работать пойдём.

– Ну а я знаю, как функционирует чиновничий аппарат, – блеснул очками Аркадий Валерьевич, – и как инженер могу немало подсказать.

– Согласен, – поддерживаю новых товарищей, – держимся вместе. Прошу слушаться меня хотя бы поначалу. Не только язык знаю, но и немного историю Берлина, нравы горожан и прочую хрень.

– Работал? – Поинтересовался Максим.

– К брату двоюродному в гости часто приезжал.

Слово за слово и не бандит вытянул мою официальную биографию.

– … КМС по дзюдо, потом бросил – сетчатка в глазах начала отходить, так что завязал с контактными видами спорта.

Старшие товарищи переглянулись с кислым видом – немного нарочито, как на мой взгляд. Простейший, но действенный психологический трюк – нагнуть оппонента, а потом милостиво допустить к себе, но уже не на равных, а как нижестоящего. На всякий случай сделал вид, что психологический пресс действует.

– Хреново, – протянул Аркадий Валерьевич, снова протирая очки, – вживаться тяжеловато будет, тем более мы явно выделяться будем.

– Нормально, – отвечаю уверенно, – будем, конечно, но тут русских много.

– Всё легче, – перебил его Валерьевич.

– Не те это русские, не наши. А… долго рассказывать, потом напомните. Давайте-ка из проулка выбираться, а то нами скоро не полицаи, так бандиты заинтересуются.

– Космонавтом себя чувствую, – негромко сказал своим резким голосом Максим, – как на Марс впервые вступил.

Мы пошли вдоль полутёмной улицы, комментируя виденное.

– Вывесок-то русских сколько! – Возбуждённо сказал Валерьевич, – а русские своих не бросают! Прорвёмся!

Мы с Максимом дружно поморщились, и старший из нашей компании понятливо заткнулся.

– Много наших… русских в смысле? – Поинтересовался Максим.