Князь Барятинский 4. Операция «Кронштадт»

– Да вспомнил вот, как вы намедни восхищались его сиятельством Константином Александровичем, – весело проговорил он. – А тут – оказия! Дай, думаю, познакомлю вас с восходящей светской звездой. Прошу: Константин Александрович Барятинский – Марина Аркадьевна Бутурлина. Кто такой Константин Александрович я уж, с вашего позволения, докладывать не буду. А Марина Аркадьевна уже почти год как управляет этим славным заведением.

Марина Аркадьевна сбивчиво что-то забормотала про великую честь, я тоже чувствовал себя неуютно в качестве экспоната.

– Но вообще, мы по делу, Мариночка Аркадьевна. Министр-то наш – как? Не сбежал ещё, грешным делом?

Как только речь зашла о работе, Марина Аркадьевна прекратила краснеть и заговорила по-деловому, короткими уверенными фразами.

– В одиночке, пищу принимать отказывается, – доложила она. – Ничего не говорит, разумеется.

– Вот и хорошо. – Витман потёр ладони. – Это мы сейчас и постараемся изменить.

– Опять? – Марина скептически подняла бровь.

– Теперь мы попробуем иной подход. – Витман посмотрел на меня. – Найдётся у вас лишняя тюремная роба, Мариночка Аркадьевна?

– Ещё бы не нашлась, – недоумевала Марина. – А что за подход такой?

– Прежде всего, Мариночка Аркадьевна, нам понадобится ваш талант, – улыбнулся Витман. – Сделайте так, чтобы господин министр ни в коем случае не признал в нашем общем друге знаменитого Константина Барятинского.

Спустя пять минут я застегнул последнюю пуговицу на ярко-оранжевой робе. Спустя ещё пять Марина, стоявшая напротив меня, с облегчением опустила руки и выдохнула:

– Готово, ваше сиятельство!

Я посмотрел в зеркало, висящее на стене рядом с вешалкой. На меня уставился какой-то совершенно не знакомый парень. И лет ему было – двадцать пять, не меньше. Изменилась и причёска, теперь у меня на голове была обычная стрижка, без всяких кос и выбритых висков.

– Ну что, готовы? – с нетерпением спросил Витман.

– Готов, – пожал я плечами.

– Волнуетесь?

– Ещё как. Беспокоюсь, что сотворит с академией мой дед, когда узнает, что я пропал.

Витман всплеснул руками.

– Ох, простите! Забыл вам сказать. Об этом даже не вздумайте волноваться. В академию я отзвонился лично. Сообщил, что вы отсутствуете по крайне важной надобности.

– Ну, тогда всё в порядке, – пожал я плечами. – Ведите.

Наручники на меня надели по пути к камере.