Аз воздам

А в дальнем конце неширокой просеки, по которой тянулись две свежие колеи, виднелось довольно широкое озеро, на водной глади которого я разглядел два маленьких белых паруса.

– Белеет парус одинокий в тумане моря голубом… – получив подзатыльник от стоящего рядом Клыка, Лом тут же заткнулся, правда, не упустив возможности поматериться…

– Ну, что скажете? Это место похоже на то, где мы были? – спросил я, не надеясь на вразумительный ответ: до подземного бункера всех нас везли в мини-вэнах с наглухо закрытыми занавесками в салоне, а единственное, что я помнил об окрестностях, это то, что в момент захвата вокруг вылетевшего из-под земли пандуса было темно…

– Судя по вот этой полосе на поляне, под ней может располагаться наш чертов «пенал», – ткнув пальцем в еле видимую при свете солнца П-образную линию, буркнул Череп.

– Ладно, Майно, заводи шарманку… – решившись, приказал Сизов.

– Я все понял… – совершенно без акцента ответил зеленый человечек. – Активирую Контур… Одна минута до открытия…

За десять секунд до открытия Перехода Вадима ощутимо заколотило. Подхватив стоящего рядом инопланетника под локти, он постарался подтащить его как можно ближе к краю пандуса и, уперевшись ногой в небольшой крепежный выступ в полу, приготовился к прыжку…

– О, черт! Мои глаза! – выкатываясь в черное марево открывшегося портала, не удержался от выкрика Ленька Клык.

– Сейчас пройдет! – голос Майно, на всякий случай подмятого им под себя, был омерзительно спокоен, и Вадик с каким-то садистским удовольствием врезал умнику кулаком куда-то в середину спины, где у нормального человека должны были бы быть почки…

– Стоять! Руки за голову! – заорало со всех сторон усиленным электроникой голосом, одновременно с лязгом, раздавшимся откуда-то слева и снизу.

– Бля, а можно мы полежим? – радостно заулыбался Сизов и тут же получил страшный удар по затылку…

– Э, ребята, вы что, совсем охренели? – донеслось до его затухающего сознания, и он вырубился окончательно…

Глава 3

Семен Ремезов

Олежка ввалился ко мне в спальню перед самым рассветом. И рухнул прямо на кровать в пропыленной и не отличающейся особой стерильностью одежде.