Я вас предупредил

На площади перед магазином остались четверо: Храбров, шаман, девочка Инира и женщина, оказавшаяся главным бухгалтером стойбища по имени Валентина.

– Спасибо вам, что вступились, – сказала она виноватым тоном. – Наши мужики трусоваты, да и зависят от барыг, им невыгодно ссориться и заступаться за других. Надолго к нам? Где остановились?

– У меня, – сказал Миргачан.

– Я всего на минутку сюда заскочил, – развёл руками Дмитрий. – За солью да за спичками. Пойду дальше. Позаботьтесь о девчонке. Её бы к тётке вернуть.

– Поживёт пока у меня, а через неделю из центра прилетит вертолёт за рыбой, и мы её отправим домой.

– Не хочу! – выпалила Инира, вырываясь из рук шамана. – Можно я с вами пойду? – Она умоляюще прижала кулачки к груди.

Дмитрий отрицательно качнул головой, поёжился под взглядом огромных, с косым разрезом, карих глаз.

– К сожалению, это невозможно. Поход – не прогулка, а мне не нужны проводники и… – Дмитрий хотел добавить: и лишние рты, но сдержался.

– Пойдём, милая. – Валентина взяла Иниру под руку.

 – Умоешься, переоденешься, согреешься. Есть хочешь?

Они пошли прочь. Девушка упиралась, оглядывалась, в её глазах стояли слёзы, но Дмитрий покачал головой и отвернулся, понимая, что с такой обузой далеко не уйдёт. Да и ситуация складывалась двусмысленная: здоровый мужик вдруг решил взять в спутницы молодую девчонку…

– Спасибо, гирки[7 - Друг (эскимосск.).], – сказал шаман. – Барыги теперь к нам не приедут, однако. Но будь осторожен, это плохие люди.

Дмитрий кивнул.

Он не был уверен, что менялы не вернутся. Они контролировали, наверное, все стойбища побережья и вряд ли согласны были отказаться от части прибыли, которую получали с «торговой точки» в Уэлькале. Законы здесь, на краю земли, не действовали, и рэкетирствующие молодчики устанавливали свои правила.

У яранги шамана стали прощаться.

– Возьми олешка, однако, – предложил Миргачан. – Лошадь твой далеко не уйдёт, замёрзнет, а олешек нет.

– Это было бы неплохо, – с сомнением проговорил Дмитрий, – да ведь мне нечего за оленя дать.

Лошадь – неравноценный обмен.

– Бери даром, – великодушно махнул рукой шаман. – Я не обеднею. Если надо, мне охотники любого олешка приведут.

– Ну, тогда, пожалуй, можно.

Дмитрий перегрузил рюкзак с походным имуществом с лошади на красивого оленя, погладил его по шее:

– А он не убежит?

– Смирный, однако, не убежит, – осклабился Миргачан.

– Тогда я двинулся дальше. Спасибо за гостеприимство, за беседу, за оленя.