Экзотеррика. Квантовый скачок

– Да…

– Диана тоже посещала планету. Дианая, можно тебя попросить?

На этот раз «древа размышления» не было, но в голосе моллюскора протаяло простое удивление:

– Почему ты спрашиваешь разрешения?

– Пытаюсь вести себя по-джентльменски, – рассмеялся он. – Покопайся в памяти, я вложил в тебя много человеческого, в том числе историю земного разума и историю страны России, откуда родом мои друзья. Так вот вопрос: не хочешь ли ты контактировать со мной в облике земной женщины?

– Зачем?

– Ну… считай это моей прихотью.

– Хорошо, если вам это нужно. Могу я взять облик вашей знакомой Дианы?

Копун-человек сделал вид, что задумался, кивнул.

– Попробуй.

От чёрно-ртутной глыбы отделилась капля, растаявшая зыбким облаком световой пены, которое превратилось в женщину, как две капли воды похожую на Диану, разве что совершенно обнажённую и без волос.

– Так?

Копун улыбнулся:

– Оденься.

На этот раз вместо «древа размышлений» вырос небольшой «кустик удивления», но растаял спустя мгновение.

Видеофантом Дианы покрылся слоем искр, который превратился в мерцающий облаком искр комбинезон, скрывший её фигуру.

– Можно я подкорректирую?

– Я в вашей власти.

– И кое-что изменю.

– Хорошо.

Копун напрягся, передавая в ментальном поле облик Дианы, который казался ему «классическим»: в этом облике она была одета в белый костюм, не скрывающий фигуру (люди называли его кокосом), а на голове появились волосы цвета золота.

Конечно, для Копуна, обладающего разносторонним зрением, костюм не являлся помехой, его взор легко проникал сквозь любой материал, будь то камень или металл, однако для людей их одежда имела немаловажное значение, а Копун свято соблюдал все традиции поведения землян и в общении с ними не подключал инфракрасный, ультрафиолетовый и жёстко рентгеновский сканеры.

Все эти процедуры, как и разговоры двух ИИ, длились миллисекунды, нормальный человек вряд ли смог бы не то чтобы отреагировать, но даже понять, что происходит.

Фантом Дианы в результате «дополнений» стал почему-то милее.

Копун не знал, зачем его конструкторы снабдили своё изделие эмоциональной сферой, и он не раз размышлял, стало ли это обстоятельство благом или колоссальной ошибкой.