Терракотовый император

– Ты смеешь обсуждать приказ своего генерала? – мрачно проговорил Чжао Ко, окинув его недобрым взглядом, но, заметив смущение на лице юноши, рассмеялся и похлопал его по плечу. – Я знаю тебя, Ли Эр, – ты сказал эти слова лишь потому, что склонен во все сомневаться. Но пойми – наши войска под этими стенами стоят уже третий месяц, – война затягивается, и воинский дух солдат слабеет. «Когда обороняются, значит, есть в чем-то недостаток; когда нападают, значит, есть все в избытке». У нас теперь всего в избытке! – самое многочисленное в истории царство Чжао войско, – солдаты одеты, обучены и накормлены, а, главное, они рвутся в бой.

Время пришло, мой друг! Завтра все решится…

***

На рассвете, когда первые лучи солнца легли на долину у Чанпина, воздух в его окрестностях сотрясли звуки барабанного боя. Великий стан армии Чжао пришел в движение, – отворялись лагерные врата, из которых хлынули многотысячные людские потоки, подобные водам морским. Воины в полном снаряжении, – в доспехах, со щитами и алебардами в руках, – выходили из лагеря под бодрящие звуки барабанов.

Замелькали знамена, и на равнине перед укреплениями началось построение полумиллионной армии Чжао.

Больше двух часов заняло выстраивание боевого порядка, над которым теперь развевались знамена с изображениями Дракона, Тигра, Коршуна и Черепахи, а потом показалось и желтое знамя Дворца – штандарт полководца. Вскоре появился и он сам: юный генерал Чжао Ко выехал из Чанпина на боевой колеснице и был встречен восторженным ревом своего многотысячного воинства.

Ли Эр правил той колесницей, которая возглавляла движение тысячи других боевых повозок, одна за другой выезжавших из города.

Между тем, в нескольких верстах (ли) к югу от лагеря чжаосцев свое построение в правильный боевой порядок проводили воины царства Цинь. Это была внушительная армия, которая лишь немного по численности уступала воинству Чжао. Во главе армии Цинь стоял военачальник Ван Хэ, не имеющий больших заслуг, – по крайней мере, так думал Чжао Ко. Он не знал о том, что накануне в неприятельский стан тайно прибыл знаменитый Бай Ци, весьма удачливый и многоопытный полководец, известный, кроме того, своей неимоверной жестокостью (он не щадил поверженных солдат противника и отдавал приказы о массовых убийствах пленных).

Указ циньского вана о назначении Бай Ци командующим держался в строжайшем секрете, а потому и теперь на боевой колеснице, над которой развевалось желтое знамя полководца, выехал малоизвестный Ван Хэ.