Терракотовый император

Эта девица, которая была наложницей Люя Бувэя, кроме того, играла на цитре и пела сладким голосом, – она так пленила воображение И Жэня, что тот возжелал обладать ей, о чем на другой день не преминул сообщить купцу. Бувэй состроил вид, будто для него это явилось полной неожиданностью, и сказал:

– Чжао (так звали его наложницу) – девушка из знатной семьи, а не моя рабыня, а потому решать за нее я не могу. Но, если она согласится быть с тобой, господин мой, я буду только рад!

Потом он велел слуге позвать Чжао и, когда та пришла, объявил ей, что наследный принц династии Цинь обратил на нее внимание.

– Я очень рада, что смогла угодить моему повелителю, – говорила девушка хорошо заученные слова. – Для меня было бы счастьем и в дальнейшем служить ему…

Так, начался роман принца И Жэня и наложницы Чжао, которая девять месяцев спустя родила ему сына, нареченного Ин Чжэном…

***

В то время, когда Чжао Ко и Ли Эр прибыли в Чанпин, войско царства Чжао стояло под стенами этого города. Полумиллионная армия была размещена в огромном полевом лагере, вокруг которого высились земляные валы, – тогда работа по возведению укреплений все еще продолжалась…

Глядя с высоты зубчатых стен города на этот лагерь, подобный гигантскому муравейнику, Ли Эр в изумлении воскликнул:

– Как много людей! Как же можно управлять таким бесчисленным воинством?!

На что последовал спокойный ответ Чжао Ко, который, по своему обыкновению, процитировал военного классика:

– Управлять массами все равно, что управлять немногими!

В тот день, сменив старого генерала Ляня По на посту главнокомандующего, Чжао Ко произвел несколько новых назначений, введя в военный совет своих людей, которым мог доверять (в их число, правда, не входил Ли Эр, поскольку был слишком юн годами), и вечером на совете объявил о наступлении, назначенном на утро следующего дня.

– Завтра в бой, мой друг! – объявил Чжао Ко, увидев Ли Эра (они еще утром разместились на подворье у градоначальника, но весь тот день был полон стольких забот и хлопот, что лишь теперь, после военного совета, поздно ночью при свете масляных ламп смогли сесть за обеденный столик и утолить голод).

– Не слишком ли мы торопимся дать неприятелю решающее сражение? – покачал головой Ли Эр.