Мадам Дезире

И сюда как разъярённый бык залетел «мой» батюшка. Кажется, я недооценила ситуацию. Появление герцога Де Веры только подтверждает это. Неожиданно.

Глава 5. Адвокат Дьявола или сам Дьявол?

– Ваша светлость, – холодно поприветствовал его Аррана, благо уже успевший отойти от двери, которую ранее подпирал своей спиной.

А то снесло бы его к чёртовой матери от такого вторжения. Или я зря жалею, что этого не случилось? Альтруизм когда-нибудь меня погубит.

– На каком основании вы допрашиваете мою дочь? – взъярился Габриэль, что меня, если честно, несколько насмешило.

Но это мой изначальный порок, чтобы вдруг начать о нём переживать. А вот герцог Де Вера и его эпичное появление? У меня определённо появился дополнительный повод для беспокойства. Ещё бы добавил, почему лорд Дешон делает это без присутствия адвоката или хотя бы без народного защитника. И в таком случае? Точное сходство с оным было бы ему обеспеченно. Что, по меньшей мере, странно.

– Это дела Империи. И к вам не имеет никакого отношения.

Пока что, – невозмутимо отозвался Дешон. – Насколько мне известно, у вас осталось всего две дочери. И Арья больше не одна из них.

Мне, кстати, тоже интересно, что ответит на это герцог. Но тот, как и полагается истинному политику, не растерялся:

– Чтобы между нами ни было? Арья всё ещё моя родная кровь и плоть. Вот когда у вас, лорд Аррана, появятся собственные дети? Тогда и будете рассуждать на подобные темы. Какие бы разногласия у нас ни были? Никогда и ни за что не позволю причинить вред своим отпрыскам.

Вот тут мне стало как-то совершенно не до смеха, как бы потешно ни звучало сказанное в ядовитых устах Его светлости. Наверное, потому что осознала величину того дерьма, в которое по какой-то причине успела вляпаться. Как и пришло отчётливое понимание, что ко всей этой дурно пахнущей куче точно имеет отношение сам герцог. Иначе ему попросту нечего тут делать.

Ведь я дословно помню последние слова, сказанные мне Де Верой при последней нашей встрече.

«Да лучше бы ты сдохла, чем стала продажной тварью». Ни больше, ни меньше. И он не был зол или на взводе, чтобы это оправдало его грубость. Отнюдь. Это было вполне себе осознанное и взвешенное пожелание. Или лучше сказать сожаление о том, что этого не произошло?

И раз уж тот, кто велел мне и под страхом смерти забыть о нашем родстве, так легко его признаёт, ещё и в таком обществе? Становится очевидно то, на что ранее не обращала внимания.