Детонация

– Нет! – я дёрнулась слишком резко, и парни как по команде совершенно одинаково вскинули брови. – Он решил, что я притащилась в этот дурацкий посёлок специально, чтобы собрать информацию или для провокации, чтобы сфабриковать сюжетец! Какого именно рода, ты понимаешь, думаю.

– Что он сделал? – Бобби сильно дёрнул меня за руку, страшно сжав зубы. Дилл сложил руки на груди и выглядел не менее грозно. А яростный Роберт, оказывается, красавчик. Подсохшие уже волосы разметались светлыми длинными кудряшками по пылающему лицу.

– Ничего, – отняла у него руку с опаской. – Ничего, только спас мою дурацкую жизнь и только, – взволнованно покачала головой. Мы все втроём сейчас слишком сильно были на взводе. – И Роба с Мэрин в больницу отправил. А потом меня – к слепой тётке, – и почти выкрикнула: – Я жила у неё!

Бобби громко выдохнул и взлохматил и без того совершенно беспорядочные кудри.

– Почему ты не могла подать знак, где ты? Разве трудно было?

– Я потеряла в снегу телефон. Там был шторм, – ответила, отчаянно пытаясь сообразить, что же теперь делать. Как же я могла не понять? Не вспомнить… Дрэк-дрэк-дрэк.

– Тогда это что? – Бобби схватил мою трубку и легонько подкинул на столе.

– Телефон, – откликнулась равнодушно. Как же так? Неужели, ты будешь создавать мне проблемы даже «после»?

– Я вижу, что телефон! Почему ты не позвонила, Карри?! – требовательно выкрикнул мой оператор.

– Полегче, Боб! Мы все перенервничали. Но сейчас всё в порядке. Уже всё в порядке. Так ведь, Каррия? – Диллан убедительно посмотрел мне в глаза.

– Конечно, в порядке. Да что с вами такое? – странная реакция в очень мирной ситуации. – Всё хорошо Бобби, и я вернулась целая и невредимая. И даже вполне отдохнувшая, – унявшийся было Роберт, снова напрягся. И я поспешила успокоить: – Мне нечего было делать четыре дня.

– Ты провела с ним четыре дня… – надсадным шепотом повторил Бобби.

– Да что с тобой?! – пожалуй, что это было похуже допроса Лэррингтона. Врать друзьям удовольствие для нервов довольно травматичное. – Я только гуляла, читала и спала!

– Ты вернулась такая живая и… у тебя всё ещё горят глаза, Карри, – горько и обиженно обвинил Бобби.