Детонация

 – Огнестрельное оружие далеко не самое страшное из всех, вам ли не знать?

Ну, вот зачем он опять всё портит? И вообще, что за манера разговаривать на пороге?

– Но, мы оба знаем, что это не про вас, ведь так? Так вы мне сказали, а я склонен вам верить, – чуть заметно улыбнулся одними глазами.

– Я… мне… Мне нужны ключи, – пробормотала запинаясь. Дрэк его подери, как неправильно! – Мои ключи. От машины, – уточнила быстро-быстро.

Грэм на мгновение застыл, словно что-то обдумывая, и посторонился, приглашая войти.

– Конечно, – произнёс ровно. А, когда я переступила порог, – Кофе? – спросил неожиданно тихо.

– Шутите? После той бурды, что варит Магдалена… – дальше не нашлась чем продолжить, потому что не знала. И вообще. Напрашиваться на кофе я вроде не собиралась.

Грэм усмехнулся. И внутри от этого короткого смеха тонко дрогнуло.

Я вошла за ним следом. Маленький дом казался теперь безнадёжно обворожительным и чем-то неуловимо манящим. Возможно, это запах печи шутил со мной, а может, чуть слышный аромат смолотых утром кофейных зёрен.

Не знаю. Только шагнула в кухню, как в родную.

Грэм был сдержан. И холоден. Хоть и немного рассеян. Как всегда. И я опять начала заводиться.

«Зачем пригласил войти, если разговаривать не желает?»

«Снова издевается или хочет обидеть, сказав очередную грубость?»

Мы заговорили одновременно.

– Как вам нравится у Магдалены?

– Вы почти очистили двор…

И так же одновременно ответили.

– Не мне в таких условиях выпендриваться, простите.

– Это было нетрудно.

И так же вместе натужно улыбнулись.

Что делаю здесь? Зачем согласилась зайти? Достаточно было подождать на пороге. Сглупила. Зря.

Грэм смолол кофе. И двигался при этом заметно медленнее обычного, хоть и по-прежнему точно. Выглядело так, словно он ленится шевелиться. Не то, что бы я спешила. Просто… казалось, он намеренно тянет время. Зачем?

Стоял ко мне спиной и молчал. Потом так же, молча, разлил готовый кофе по тонким фарфоровым чашкам.

Я незаметно вздохнула. Из этих чашек напиток был божественным. Жалко, не смогу варить такой дома. Да и прабабушкин фарфор у Мэрин, а своего завести я так и не постаралась. Всё это печально, безусловно, но вовсе не повод вот так, как сейчас, волноваться. И главное, мне не ясно было, о чём?

Грэм с невозмутимейшим видом сел напротив. И всё это по-прежнему молча. Глаза коротко скользнули по моему лицу.