Карательница

И вот мне двадцать два и я первый раз в жизни пришла в ночной клуб, чтобы отпраздновать свою первую за год прибыль со своего зала единоборств, который открыла и вкалывала как проклятая, чтобы всё работало как надо.

Как и сказала, образование получить для беспризорницы было очень тяжело, а ещё и с моей смазливой внешностью, максимум, что я получала это предложения поразвлечься или пойти в содержанки, чтобы цитирую «о такой малышке бы позаботились». Что категорически меня не устраивало. Но вот что научилась делать хорошо, это драться, что спасало меня не раз, закалило характер и сделало очень жёсткой.

С четырнадцати лет, когда меня выставили из детского дома, я тайно жила на чердаке в одном зале, где преподавали боевые искусства, чтобы хоть как-то учиться и совершенствоваться. Тогдашний владелец мистер Ровер всё же обнаружил меня там и попытался отделать чумазую приживалку, когда у него это получилось, но далеко не сразу, то взял меня в ученики с условием, что буду убираться и следить за его небольшой квартиркой в свободное от тренировок время.

Я была тогда настолько благодарна ему за это, что каждый день на протяжении трёх лет вылизывала зал и его апартаменты, чтобы они блестели чистотой как никогда до этого. А в остальное время тренировалась как сумасшедшая. Только в семнадцать это дало свои плоды и помогло выиграть свой первый бой. После этого мистер Ровер освободил меня от дополнительной работы, начав заниматься индивидуально, отправляя время от времени на разные соревнования.

Все деньги, которые удавалось заработать за победы, откладывала, чтобы в двадцать один год открыть свой зал, что и с успехом проделала. И сейчас, придя сюда отпраздновать, что моё дело наконец-то начало работать в плюс, напоролась на этого монстра, решившего полакомиться моей кровушкой.

Забавно всё же. Всё это время я была и так невероятно сильна, но сила была просто сокрыта. Даже способна поднять машину, но, не зная этого пыталась достичь небывалых высот.

Взамен за силу пришло и осознание. Ведь я валькирия, а этот мир не так безобиден, как думала Хлекк, отправляя сюда.