Искушение демона

Значит я первый её владелец… Точнее ещё не владелец. Надо решить, а нужен ли мне такой подарок.

Каждый её шаг, жест и слово пропитаны обещанием наслаждения и незабываемых любовных утех. Такая влекущая, что стоило ей скинуть капюшон, как почувствовал возбуждение.

Давно такого не было. Но отрицать вспыхнувшее желание, может только последний глупец. Особенно, когда в штанах присутствует немаленькое подтверждение её воздействия на меня.

Но кто же она такая и какие цели преследует? Врагов у меня осталось не так много, да вряд ли кто-то из оставшихся будет прибегать к подобным уловкам.

– Как тебя зовут? – требовательно спросил у неё, не обращая внимания на воспрявшего духом купца.

– Богдана, милорд, – усмехнулась она без тени смущения или преклонения.

И, кажется, хотела добавить кое-что ещё, но от чего-то не стала.

И правильно. Может что-то вроде «но вы можете назвать меня так, как вам будет угодно?» Но, слава Богам, не стала, иначе это вызвало бы во мне отвращение. Рабыни с их услужливостью давно не влекли и не привлекали.

Вариантов дальнейшего развития было два. Либо отослать подальше и благополучно забыть об её существовании. Либо пойти на поводу у собственной похоти, но в процессе выяснить всё, что меня так интересует. Узнать, кто именно копает под меня и что ему надо.

И чем больше размышлял, тем больше плюсов последнего варианта находил.

И учитывая, насколько пресными по сравнению с её огнём мне кажутся мои любовницы, не думаю, что это случится скоро. Если конечно она не допустит ошибку.

– А чего хочешь ты сама, Богдана? – спросил у неё напрямую.

От моего вопроса она растерялась. Почему? Ах да… Наверное, рабыню никогда не спрашивали об этом. Кому такое в голову придёт.

– Я хочу вас, Максимилиан Вотеру, – абсолютно серьёзно ответила эта красавица после нескольких секунд размышлений.

И то, что на этот раз в ней не было жеманства, подействовало на меня моментально, поднимая по стойке смирно. Знаю, что привлекателен. Интерес противоположного пола преследовал меня ещё с юности. Но от чего-то её простые и незамысловатые слова без капли лукавства подействовали сильнее, чем что-либо до этого.